Впрочем, я слишком многого не знал, так что…"
"Сфинксы облетели основание прежнего пика, потом пролетели между колоннами и опустились в центре восьмигранной платформы, вновь выстроившись в оборонительный эллипс, который я впервые увидел несколько дней назад.
Люк открылся. Я вылез наружу и соскользнул по заднему спуску. Из другого сфинкса появился Райзер, вид у человека был возбужденный. Роста у него маловато, чтобы дотянуться до иллюминатора, подумал я.
Флорианец подбежал и стал рядом, дрожа и заламывая руки.
– Там что-то есть внутри, – пробормотал он, потом ухмыльнулся, посмотрел на меня и потер лоб. – Не живое. Не счастливое. Очень плохое.
Самый большой из двойных сфинксов появился последним и сел в центре эллипса. Словно от его прикосновения платформа под ногами завибрировала и начала вращаться. Все вокруг – колонны, основание горы, корабли в высоком строю, – все, казалось, перевернулось. Спираль кораблей обладала каким-то гипнотическим очарованием.
Мы совсем не ощущали это движение. Райзер разочарованно буркнул.
Дидакт спустился из двойного сфинкса и направился к нам, переступая слоновьими ногами.
– Ты похищен, молодой манипуляр, – громоподобным голосом пророкотал он; колонны при этом устремились вверх. – Людям тоже придется присоединиться. Сожалею.
Я опустил глаза, чтобы справиться с головокружением.
– Какие уж тут сожаления, – вздохнул я.
Выражение Дидакта не изменилось, и моя дерзость осталась без последствий. В конце концов, для него я был несмышленым щенком, бунтующим против прометейца с жизненным опытом в тысячи лет.
Он лишь посмотрел вокруг, задумчиво свел брови и спросил:
– А где другой человек?
– Прячется, – ответил Райзер. – Болеет.
Чакас выбрал именно этот момент, чтобы выглянуть из сфинкса. Вид у него и правда был нездоровый. Кое-как спустившись, он приземлился на согнутые ноги, завалился на бок, и его вырвало.
– Плохое небо, – стоически сказал Райзер.
Прометеец проигнорировал это проявление человеческой слабости, как и мою дерзость.
– Через несколько часов здесь не останется и следа моего пребывания. Никто не сможет доказать, что я когда-либо находился в этом месте.
– А с кораблей нас не видно?
– Пока нет. Но они явно что-то знают.
– Почему их так много? – спросил я.
– Они прилетели просить меня о помощи… или снова арестовать. Я предполагаю первое и, похоже, знаю причину. Но я не должен им помогать. Я и без того задержался здесь непозволительно долго. Пора исчезнуть. Вы полетите со мной.
