Без домена интеграция, возможно, будет для меня всегда недоступна, и я внутри навечно останусь фрагментированным хаосом.
Я попытался вспомнить все, что видел. Большинство этих картин уже померкло. Осталось лишь смутное изображение пленника – смутное, но жуткое.
Очевидно, что разобраться в тех вопросах, которые Дидакт не смог удовлетворительно разрешить для себя, было труднее всего.
Но этот процесс каким-то образом выдвинул на передний план вопрос, на который ни у меня, ни у моей другой памяти не было ответа: зачем им понадобился я, если сам Дидакт освобожден и восстановлен в правах?
Почему не обратиться напрямую к нему?
Глава 35
Молодой член Совета, казалось, парил на месте на обзорной платформе, подвешенной теперь внутри огромной сферы, половина которой была к тому же прозрачной.
Когда я прошел через лифт, я увидел его в обществе трех других, внешностью похожих на него; наверняка это были новые молодые члены Совета. Двое мужского рода, одна – женского.
Великолепная Пыль приветствовал меня одной из своих улыбок, действующих мне на нервы, и представил другим.
Имена мужчин я не запомнил, память моя пребывала в хаотическом, разупорядоченном состоянии, но имя женщины осталось в моей голове. Она по кастовой принадлежности явно была Воином-Служителем, ростом на несколько сантиметров превосходила всех остальных, имела изящное, но мощное сложение. Вопреки всем генетическим предрассудкам мое сердце, когда я увидел ее, екнуло. Звали ее Слава Далекого Рассвета.
Они собрались, чтобы познакомиться со мной, и я в окружении этой новой поросли Предтеч первой формы чувствовал себя совершенно не в своей тарелке.
И перед этой женщиной-воином с ее оценивающим, холодным, проницательным взглядом я казался себе кривым обломком сломанного бурей ствола среди сильных зеленых деревьев. Наконец она отвела от меня глаза.
Но эта молодая троица вела себя со мной довольно уважительно и с гордостью наблюдала, как корабль Совета приближается к столице нашей цивилизации. Расстояние составляло около миллиона километров.
Чувство величия должно было бить через край.
Я попытался разделить их гордость, но в этот момент снова на первый план вышел Дидакт. Он был здесь тысячу лет назад, выступал против магистра строителей…
Не самые приятные воспоминания.
Величие и власть нередко идут нога в ногу с поражением. Так и формируются цивилизации – некоторые идеи процветают, другие умирают. Качество идей редко имеет какое-то отношение к результату. Все определяют личности.
