Они сидели на грубо сколоченных деревянных скамейках за такими же столами. А еще несколько страждущих «поправить здоровье» окружили дебелую барменшу у стойки. Женщина искоса взглянула на меня и, ничего не сказав, принялась отпускать горячительные напитки столпившимся у стойки пьянчужкам."
"Я посмотрела по сторонам, и в сизых клубах табачного дыма узрела Александра Чередниченко. Заместитель начальника Управления культуры сидел почти в самом конце зала «Питейной». Рядом с ним за столом никого не было.
Я с самого начала, то есть с того момента, когда Чередниченко позвонил мне с просьбой о помощи и назвал место, где он находился, не могла понять, почему он выбрал «Питейную». Но теперь, когда я увидела, как выглядел чиновник достаточно высокого ранга, поняла, что выбор того места, где должна была состояться наша встреча, был продиктован исключительно соображениями маскировки.
Да, замаскировался Александр Николаевич на славу. На голове у него красовалась видавшая виды кепка-фуражка с козырьком, который закрывал почти всю верхнюю часть лица.
Мало того, Чередниченко еще и наклонил голову, стараясь максимально вжаться в щербатую столешницу. На заместителе руководителя Управления была надета какая-то ветхая куртка, цвет которой уже невозможно было определить. В довершение ко всему на столе лежала пачка дешевых папирос, одну из которых Александр Николаевич держал между пальцами, видимо, никак не решаясь закурить.
Ну да, конечно, наличие папирос тоже входило в минимальный набор средств для маскировки. Пачка элитных сигарет выглядела бы здесь, по меньшей мере, неуместно.
Я подошла к столу, за которым сидел Чередниченко, и села на лавку напротив него.
Александр Николаевич посмотрел на меня и облегченно выдохнул.
– Татьяна Александровна! Наконец-то! Вы пришли! Я уже и не надеялся! Думал, мне конец! – Восклицания полились из Чередниченко как из рога изобилия.
– Что случилось, Александр Николаевич? – кратко спросила я.
Хотя я прекрасно знала, в чем дело, но хотела все услышать непосредственно от самого Александра Чередниченко.
– Татьяна Александровна! Умоляю, заклинаю! Спасите меня! Христом Богом прошу! – Чередниченко вновь принялся за патетические излияния. – Мне больше не от кого ждать помощи! Меня убьют! Они непременно это сделают, поверьте мне! Он не смог этого сделать.
