Боголепов почесал подбородок, выдохнул и сказал довольно серьезным тоном:
- Я абсолютно уверен, что обладатель Святого Вифсаида, если он не про дешевит, сможет заработать, продав икону столько, что обеспечит безбедную жизнь не только себе, но и своим детям.
- Звучит очень убедительно, - в отличие от его начальника, в голосе Зверева не было ни грамма скепсиса, - ну давайте же продолжайте вашу историю. И чем же все это обернулось интересно знать?
- К сожалению, я не знаю точно, чем все это закончилось.
В газетах писали, что украденные ценности были найдены и возвращены монастырю. Что касается самих воров, о них не было сказано ни слова.
- А что икона?"
"- Разумеется не нашли, в списке похищенного икона не значилась. И не мне вам объяснять, как в высших эшелонах вашего ведомства не любят нераскрытых преступлений. Слухи об иконе какое-то время ещё ходили, но вскоре все успокоились.
Боголепов сделал небольшую, эффектную паузу и продолжил говорить с ещё большим азартом:
- Я тоже со временем позабыл про икону, но тут случилось невероятное, - Боголепов облизал губы, огляделся, - явившись Кресты, среди прочих экспонатов коллекции нашего Фишера, я вижу ту самую бесценную реликвию.
В тот момент у меня затряслись руки и едва не отнялись ноги, - Боголепов прервал рассказ.
Спустя какое-то время Зверев уточнил:
- Вам известно, как икона попала к Фишеру?
-Я не спрашивал, ведь признаться, трясся я в тот момент не только от возбуждения, но и от страха. Не думаю что Фишеру пришлось бы по душе моё любопытство.
- А вы не могли ошибиться? - спросил Корнев, - я имею ввиду вы абсолютно уверены?
Боголепов дернулся:
- Что вы такое говорите? Вам наверное довелось слышать, что я считаюсь в своём деле одним из лучших специалистов? Едва взглянув на икону, я тут же понял, что это она.
- И вы рассказали Фишеру об истинной стоимости иконы? - спросил Зверев.
- Естественно. Он о ней знал, просто хотел ещё раз все проверить.
- И что же случилось потом?
- Потом что потом? Потом мне дали бумагу с какими то немецкими каракулями, огромный пакет с продуктами, бутылку шнапса и вывели из лагеря.
Домой я добирался пешком, трижды меня останавливали патрули, но когда я показывал им выданный Фишером документ, меня тут же отпускали, несмотря на то, что комендантский час был ещё не закончен. Домой я добрался лишь к утру и тут же упал без сил.
- Это была ваша единственная встреча с Фишером?
- Единственная.
