Всё так и случилось: леночка отлично справилась со своей ролью, она сказала Свистунову, что случайно подслушала разговор Резника с его людьми, и убедила нашу Тень в том, что икона может быть обнаружена. Зная что ни Корнева, которого он сильно боялся, ни Голобородько, который находился всё время рядом и был в курсе многих дел в дежурной части, ни меня, в конце концов в управлении больше нет, Свистунов, под видом сотрудника МГБ решил провести Фишера в здание. Мы же с Веней устроили на него засаду, а остальное вы знаете, - Зверев вздохнул с облегчением, - вот пожалуй всё, что я хотел вам поведать на этот счёт.
На протяжении всего выступления Зверева, капитан госбезопасности Резник хранил молчание. Когда Зверев закончил, он поднялся и торжественно заявил:
- Ну что ж, видимо, на этом можно будет поставить точку. Теперь, когда Фишер мертв, а Тень сидит за решеткой, свою миссию я считаю законченой. Всем вам спасибо за хорошую работу, а теперь позвольте откланяться. Дело ещё не закончено, нужно будет идентифицировать труп Фишера.
Одним словом, часть имеют товарищи.
Когда Резник вышел из кабинета, Зверев заявил:
- Это будет непросто, тех кто может его узнать найти будет очень сложно. Мы это уже проходили.
Веня же процедил:
- Мог бы извиниться за то, что столько вас мурыжил, а нас как крыс, заставлял по норам прятаться.
Корнев строго посмотрел на парня тот опустил голову, а Зверев сказал примирительно:
- Давайте забудем про все обиды и порадуемся тому, что всё наконец-то закончилось.
И ещё товарищи, я думаю, что теперь самое время поприветствовать также нашу героиню, без которой нам бы ни за что не удалось поймать злодеев, - он вышел за дверь, и через мгновение, в кабинет вошла сияющая, и немного покрасневшая от смущения, Леночка Спицына.
***
Примерно месяц спустя город Псков. городское кладбище."
"Голые деревья, возвышавшееся по обеим сторонам асфальтовой дорожке, паучьими лапками, устремлялись к небу и плавно растворялись в тумане. Накануне выпал снег и слегка припорошил осеннюю грязь пушистым белым ковром.
Опавшие листья, искорёженные, сморщенные, шуршали на повлажневшему асфальте и настырно липли к ногам. Они шли не спеша, перешагивая лужи, в основном молчали, каждый думал о чём то своём. Облезлая псина, лежащая прямо посередине дороги, увидев идущих людей, неторопливо поднялась и поковыляла к кустам. Тут же прямо под ногами, меж бордюров, бродили и курлыкали, выпрашивая подачку нахальные сизари.
