— В смысле пара минут, — поспешно исправил я свою ошибку.
Вспомнив о следах, замеченных охотниками, я на мгновение заколебался, но все же решил рассказать. Она имеет право знать.
— Аля. Ты должна знать. Перед тем как зайти в поселение, мы обнаружили многочисленные следы людей, идущих на север. Их вели шурды со своими сторожевыми псами — костяными пауками. Думаю, что большая часть жителей пережила штурм, а потом их куда-то увели.
— То есть они у шурдов в плену? И возможно, мой отец… — задрожавшим голосом переспросила девушка.
— Да. Возможно, что он еще жив.
— Так что же мы стоим?! — вскрикнула Аля. — Надо скорее за ними. Мы еще можем отбить их. Спасти!
— Нет. Прошло слишком много времени, — покачал я головой. — Вчера был сильный дождь, смывший следы, и у них целая неделя форы. Мы не сможем найти их в этих дебрях. К тому же, что могут сделать несколько вымотанных человек против боевого отряда шурдов? Я ничем не могу помочь им. Извини.
— Ты просто боишься! Трус! — плача, выкрикнула Алларисса.
— Их еще можно спасти!
— Пойми, я очень хочу помочь этим людям, но что мы можем? — ответил я, не показывая, насколько сильно меня задели ее слова.
— Трус! Ты просто боишься потерять свою жизнь! — Она продолжала кричать, не слушая мои увещевания.
— Хватит! — не выдержал я. — Кто ты такая, чтобы обвинять меня? Если бы не мы, то вы сгнили бы заживо в своем подземелье! Говорю один раз. Завтра с утра мы уходим. Уходим домой и забираем с собой детей. Хочешь — присоединяйся к нам, не захочешь — силком не держу.
Решать тебе.
Я направился к выходу и, пройдя мимо прибежавшего на крики Рикара, пнув дверь, вышел во двор. С трудом удержавшись, чтобы с треском не хлопнуть дверью, я, бормоча под нос проклятья, пошел куда глаза глядят, лишь бы подальше отсюда.
Глупая девчонка! Что она знает обо мне? Проклятье! Человеческая память так коротка, что она уже забыла, кому обязана своей жизнью, и готова послать всех нас на верную смерть, лишь бы спасти своего горячо любимого папочку. Я обменял двух преданных мне воинов на толпу детишек и вздорную стерву в придачу.
Никак не равный обмен. Дровин был трижды прав, когда отговаривал меня от этого путешествия в никуда. Теперь вместо крайне необходимых нам для выживания вещей мы потащим на себе детей. Лишние рты в преддверии зимы.
За этими мыслями я и не заметил, что уже пролетел несколько узких улочек, причем не приблизился к площади, а наоборот, удалился от нее и попал в незнакомую мне часть деревни.
