Они и так слишком долго ждали, — склонил седую голову священник и поспешил к темнеющему входу в пещеру. Краем глаза я заметил кинувшуюся за ним несуразную фигурку Стефия.
Мастера Дровина пришлось ждать — работы над фундаментом шли постоянно, мастер не хотел терять ни мгновения из отпущенного нам времени. В этом я с ним полностью согласен.
Ожидая мастера, я успел расправиться с солидным, истекающим жиром куском оленины. Сидящие рядом Рикар с Лени не отставали, и долгое время слышался лишь звук перемалывающих пищу челюстей.
Когда мы, сыто отдуваясь, отодвинулись от стола, на нем оставались лишь дочиста обглоданные кости и пятна жира. Подоспевшие женщины быстро забрали опустевшие тарелки и заново наполнили кружки с чаем. Лени с тоской повел длинным носом, уныло глядя на содержимое своей кружки. Вина почти не осталось, и тратить его старались экономно.
Багровый шар солнца окончательно исчез за скалами, погрузив лагерь в сумерки. На небосклоне зажглись первые звезды. Непроницаемая ночная темнота еще не наступила, но ждать осталось недолго.
Один за другим начали зажигаться костры дозорных. Чуть поодаль от лагеря вспыхнуло пламя высокого погребального костра, высветив силуэт стоящего рядом священника, воздевшего руки к небу. Черный дым отвесным столбом поднимался в сумеречное небо, унося с собой прах сжигаемых останков. Спите спокойно.
Вот и первые похороны на новом месте. К счастью, не из числа моих людей.
— Звали, господин? — спросил подошедший Дровин. Даже в сгущающихся сумерках было заметно, как сильно он утомлен — темные круги под глазами, устало опущенные плечи.
Оно и понятно — не мальчик уже, шестой десяток разменял, а прыгает горным козликом день напролет.
— Ты садись, мастер, — указал я на скамью напротив. — Нилиена!
— Слушаю, господин.
— Ужин для мастера Дровина сюда несите. Да вина налейте. Живо давайте!
— Да чего уж там, — смущенно забормотал Дровин, тяжело усаживаясь. — Все работали.
— Не спорь. Заслужил. Что со стеной? — сменил я тему.
— Фундамент готов. Завтра первый ряд основания заложим, — довольно усмехнулся Дровин. — Пора уже и второй ров отрыть, да ручей мешается.
— С ручьем проблем не будет. Не зря же мы весь день в потемках лазили, — заулыбался я и, видя вопрос в глазах мастера, пояснил: — Отведем русло в ту трещину, что в пещере."
"В нескольких словах я поведал Дровину о результатах наших подземных исследований и объяснил, почему ручей больше не является головной болью.
