Дыра не была большой — как раз достаточной, чтобы войти не сгибаясь в три погибели. Наконец-то последние побеги вьюна пали под совместным натиском топоров, и темнеющий вход был открыт. Оттуда пахнуло сыростью и затхлостью. Я порадовался, что вход был надежно укрыт: пещеры и глубокие заросшие ямы — излюбленное место для всякой нечисти, боящейся дневного света. Не хотелось нарваться на логово зомби или, того хуже, на гнездо скелетных пауков."
"Оглядевшись, я обнаружил, что находка привлекла почти все население лагеря.
Даже отец Флатис проявил любопытство и изволил прийти. Поймав взглядом Рикара, я указал ему на гомонящую толпу, мгновенно сориентировавшись, тот открыл рот и рыкнул:
— А ну за работу! Как малые дети! Вы что, пещеры никогда не видели?!
Толпа неохотно начала расходиться, бросая полные сожаления взгляды на темнеющий вход. Взяв один из факелов, я поджег его и направился к пещере. Я успел пройти всего пару шагов, когда на мое плечо опустилась тяжелая рука.
— Надеюсь, господин не думает отправиться в пещеру? — скорее утверждая, а не спрашивая, произнес Рикар.
В его глазах читалось совсем другое: «Никуда ты не пойдешь».
— Собираюсь, — ответил я, пытаясь освободить плечо от его железной хватки.
Мою жалкую попытку здоровяк, похоже, не заметил и обеспокоенно сказал:
— Но, господин, вы не можете пойти в пещеру с костылем в одной руке и с факелом в другой. А если там дикий зверь или еще что похуже?
Крыть было нечем. Рикар был совершенно прав. Как всегда. Понурив голову, я отдал ему факел, примостился на нагретый солнцем валун неподалеку от входа и с завистью стал наблюдать за приготовлениями.
Рикар подозвал еще двух воинов, вооруженных короткими мечами, дал каждому по факелу, и они цепочкой зашли внутрь. Я напрягся, боясь услышать вопли и шум боя. Отсутствие следов у входа означает лишь, что внутри нет ничего живого, но не мертвого — те же мертвяки или скелетные пауки могут годами сохранять неподвижность, ожидая добычу или приказ хозяина. Твари.
Обошлось.
Когда я уже устал ждать, из пещеры высунулась припорошенная густой пылью и украшенная паутиной голова Рикара:
— Господин, пещера пустая. По крайней мере та часть, что мы уже осмотрели.
— Часть? — удивленно спросил я, поднялся и, опираясь на костыль, похромал к Рикару. — Такая огромная?
— Нет, пещера не очень большая, господин. Но в полу очень глубокая трещина. Провал.
Зайдя в пещеру, я огляделся по сторонам и присвистнул. Рикар сильно приуменьшил ее размеры.
