Вот когда покойный старый барон вздумал вас этикету и искусству танца обучать, даже наставников из столицы вызвал, я ему так в лицо и сказал — баловство, мол, все это. Выдумали тоже. Здорового парня ножкой шаркать и раскланиваться учить вздумали. К чему? А вот оружием справно владеть — это дело другое. И себя оборонить, а в случае чего и за нас постоять!
— Меня обучали этикету и танцам?! — живо заинтересовался я, желая сменить тему.
— Обучали. До самой смерти барона, — буркнул здоровяк и, отставив пустую тарелку, добавил: — Господин, вы же и сами понимаете.
Здесь без меча никуда. Даже в отхожее место с оружием ходим. А вы и за меч толком держаться не умеете. Думаю, за пару месяцев мы это дело хоть немного поправим.
Я и сам понимал его правоту. Дикие Земли постоянно держали нас в состоянии боевой готовности. Слабые здесь не выживали. Но когда? Накопилось столько несделанных дел, что я буквально не знал, за что хвататься. Даже сейчас, разговаривая с Рикаром, краем глаза я зацепил маячащего неподалеку тезку, нетерпеливо ждущего, когда закончится наша беседа, чтобы посоветоваться со мной по очередному важному делу — а других дел у нас и не бывает.
Впору за голову хвататься.
От общинного дома есть только недостроенный толком фундамент, стена в таком же состоянии, про обещанную отцу Флатису церковь и вспоминать не хочется, сторожевого поста пока нет и в помине, запасов провизии недостаточно, зимняя одежда не пошита… да многое чего. И в это время я должен прилежно махать железякой? Пока остальные рвут жилы на строительстве? Тогда можно и занятия танцами возобновить.
До кучи.
Вздохнув, я в свою очередь отставил тарелку и, повернувшись к выжидающе смотрящему Рикару, объяснил ему все причины, не позволяющие мне заняться овладением меча вплотную. Выслушав меня, здоровяк понимающе кивнул и сказал:
— Господин Корис. Оно все верно, конечно. Но я и не говорил, что заниматься будем днем. С утречка часика на два пораньше вставать будем — вот оно и время нашлось. Ну и после ужина пару часиков выкроим, и ладно будет.
— Рикар! — взмолился я. — А спать-то когда?
Рикар молча пожал широченными плечами и, встав со скамейки, сказал:
— Сегодня пару деревяшек выточу для занятий, а завтра с утречка и начнем.
Не дожидаясь моих робких возражений, он повернулся ко мне спиной и удалился, оставив меня перед тарелкой с давно остывшей кашей. Аппетит у меня пропал. Совсем.
* * *Начать поиски ответов я решил с той самой непонятной книжки, найденной нами в подземной пещере.
