Если ему нужна была подруга на ночь, он приходил в любой клуб, выискивал ту, что ему приглянется на данный вечер, и они уезжали вместе. Она ублажала его, он рассчитывался с ней. Всё просто.
Периодически смуту в его отношения вносил Сардын с Лерой. Как не приедет к ним в гости, уезжал всегда хмурый. Тимур был ещё более сдержанным в проявлении чувств, чем даже он. Но на Леру смотрел так, что только слепой мог не заметить его одержимость женой. В каждом взгляде, в каждом жесте читалась его любовь.
И Олег знал, что при необходимости Сардын любого за семью порвет.
После таких поездок Олегу хотелось чего-то настоящего, стоящего. Чтобы тоже была семья, дом. Потом вспоминал про дело и останавливал себя. Рано. Будет когда-нибудь и у него всё.
Наверное…
Тоска накатывала, и он её заливал пивом и коньяком. Не часто баловал себя спиртным, но и с ним бывало.
Если же возвращаться к девочкам, то ему нравились те, что пытались ему угодить. Нормальное желание для мужчины-одиночки.
А Саша, что она делала?
Сначала развела его. Ладно, не обеднел. Но тут иное. Было задето его достоинство, и он решил проучить зарвавшуюся девчонку.
Проведя же с ней ночь и часть дня, трахнув её по-жесткому, он всё чаще задавался вопросом – а такая ли она зарвавшаяся? Не хамит, не грубит, черт побери, даже подстраиваться под него пытается. И делает она последнее не с помощью минета и заигрываний, а открыто, смущенно поглядывая на него. И хлопая ресничками.
Такими длинными…
Он специально называл её куклой, помня, что она просила этого не делать. В нем самом проснулся дух противоречия, ему даже захотелось её разозлить. Какого черта она сейчас пытается ему показать, что вся такая правильная? Нежная… Чертовски нежная… Поэтому и взял, как шлюху, у двери.
Или как девушку, которая слишком сильно его притягивала. До ломоты в паху.
Он сам себя не узнавал. Ну да, Саша красивая. Очень даже. Её платиновые волосы на фоне смуглой кожи притягивали взгляд.
Но откровенно говоря, у него и красивее девушки были. Опять же, дело вкуса. Он нутром чувствовал – Саша другая. Пока не мог объяснить, почему, и это его выбешивало основательно. Он для чего её взял с собой? Для того, чтобы удовлетворяла, а не мозг выносила. И тут он снова одергивал себя. Мозг она-то как раз и не выносила, это с ним самим что-то неправильное происходило. Нечто такое, что было… впервые.
