Штормит так, что нет сил держаться даже на плаву, швыряет туда-сюда, с каждым разом всё сильнее и сильнее. Больнее. Чтобы не смела даже думать, что есть счастье.
Нет его лично для тебя, Александра. Не приготовили.
Её шатало.
Она кое-как поднялась на ноги, уже не видя и не замечая ничего перед собой, как из-за застлавших глаза слез, так и из-за общей опустошенности. Её выпили досуха. Ничего не оставили.
Она не желала оборачиваться, не желала больше оставаться на пляже. Куда пойдет – непонятно.
Лишь бы уйти…
Побыть одной.
"
"Саше требовалось одиночество. Эмоциональная боль тягучим ядом омывала внутренности, не оставляя ей ни единого шанса.
Но у кого-то на Сашу были другие планы.
На этот раз ей позволили подняться и даже сделать шаг. Правда, с пледа она так и не ушла.
Крепкие жесткие руки, под стать самому хозяину, опустились на её бедра. С силой сжали.
- Девочка, ну куда же ты…
Если бы Саша находилась не в столь измотанном состоянии, она бы поразилась нежности, что как бархат, сквозила в интонации Олега и ложилась на кожу девушки, пытаясь проникнуть внутрь, достучаться до её сознания, пробраться к сердцу, пробиться сквозь стену обиды и негодования, которые возвела вокруг себя Саша.
Но она не желала ничего замечать. Не хотела.
Хотела, чтобы её оставили в покое.
Здесь и сейчас.
Саша остановилась, часто дыша.
Закусила губы до крови и прикрыла глаза, подставив лицо ласковому ветру.
- Мне надо было знать правду.
Слезы хлынули из глаз сильнее.
- Зачем?.. Я же просила…
- Ты сама согласилась на игру.
Его руки пробрались под подол платья и теперь касались голой кожи ног, ласковыми, размытыми движениями поднимаясь всё выше к бедрам, к трусикам.
- Ты заставил.
- Нет, Саша, не заставлял, - он продолжал мурлыкать.
И чем, спрашивается, он доволен?
Саша запрокинула голову к небу.
Она ничего не понимала. Ничего не знала. И совершенно не разбиралась в людях.
Тому доказательство - поведение Олега.
Он только что узнал, что она смертельно больна. Надо быть дураком, чтобы не понять, что значит трансплантация органа.
Осетин дураком не был. И чему тут радоваться? А если она окачурится под ним?
- Я не хотела… чтобы ты знал…
- Ну, и дура.
Он ещё и оскорбляет. Замечательно.
Саша дернулась, снова желая уйти.
Только кто же ей позволил.
Если желанная добыча попадала в руки Осетина, выбраться практически нереально.
Глава 20
Саша, нахмурившись, спросила:
- А зачем чемодан?
- На яхте мы пробудем пару-тройку дней.
Новая информация Саше не понравилась.
