Сотни лет назад, люди, естественно, выражались иначе, но воспоминания искажают реальность, и теперь, много лет спустя, они с Рагнором разговаривали так, как говорят в современном мире. Память – странная штука.
– Я так понимаю, это была шутка, – заметил Рагнор.
Магнус вытащил толстый кошель с деньгами, развязал его и перевернул. На стол посыпались сотни гнутых, бесформенных кусков серебра, искореженные серебряные монеты. Пьяные воры и бандиты, окружавшие двух чародеев, смолкли.
Вся жизнь Магнуса была жестокой шуткой.
Он столько лет потратил на то, чтобы доказать неправоту отчима, и вот теперь выяснилось, что на самом деле он, Магнус, сын Князя Ада.
Он нелепо замахал руками над головой.
– Угощаю всех!
Посетители таверны разразились одобрительными воплями. Когда Магнус обернулся к Рагнору, то увидел, что друг смеется, покачивает головой и пьет эль из заново наполненной кружки.
– Ничего, все в порядке, – сказал Рагнор. – Мне уже не раз удавалось отговорить тебя от воплощения в жизнь безумных идей.
Точнее всех, буквально всех твоих идей. А эта еще не самая нелепая из них.
Если Магнус сможет рассмешить других, он и сам научится смеяться. Если вокруг будут происходить забавные вещи, если все будут веселиться, он забудет о своем одиночестве; если притворится, что все в порядке, то рано или поздно, мысль станет реальностью. Все будет в порядке.
– Итак, – тем временем продолжал Рагнор. – Допустим, ты действительно собираешься основать дурацкий, издевательский культ.
С чего ты начнешь?
Магнус усмехнулся.
– О, у меня есть план. Превосходный план. – Он щелкнул пальцами, голубые искорки вспыхнули на его ладонях и посыпались на разбросанные по столу монеты. – Вот что я собираюсь сделать…
Ярко освещенный зал таверны, потолок, пол, стены, украшенные оружием, щитами и охотничьими трофеями, растаяли. Рагнор и люди, сидевшие за соседними столами, обратились в пыль. Магнус остался один, растерянно и печально глядя на пустое место, где только что находился его лучший друг.
В следующий миг он очутился в другом зале, в другой стране, на какой-то сцене; он обращался к толпе с вопросами, страдали ли они когда-нибудь от одиночества, и не хотелось ли им когда-нибудь стать членом семьи, большой семьи. Он сделал глоток красного вина из чаши, махнул рукой и увидел, что кружки всех присутствующих наполнились элем. Магнус воззвал к Асмодею, и все люди, как один, засмеялись в изумлении и восторге.
