Стража запугала людей до икоты, особо ярых нарушителей казнили, после чего горожане стали с подозрением относиться к каждому, кто предлагал им дорогие безделушки в обмен на услуги или товары.
Нырнув в полумрак Гиблого переулка, Лаверн пошел на звуки голосов.
Бездомные продавали какой-то хлам, разложенный на гнилых досках; полуголые девицы задирали юбки и демонстрировали случайным прохожим испещренные расплывшимися татуировками бедра; ловкие трюкачи обыгрывали зевак в азартные игры. Вокруг стоял гомон, в воздухе висела вонь застарелого пота и перегара.
Люди, которых искал Лаверн, сидели на бочках и играли в карты. Скрывающие лица под капюшонами черных плащей головорезы громко переругивались и пихали друг друга.
– Чего уставился?
Лаверн опешил. Он понятия не имел, как следует говорить с отпетыми мерзавцами.
– Я хочу кое-что продать, – выпалил он.
Мужчины переглянулись. Самый широкоплечий из них поднялся с бочки и приблизился к Лаверну почти вплотную.
– Что нам может предложить бродяга? – насмешливо спросил он.
– Украденную из трактира кружку?
– Нельзя говорить им, что у меня есть золото, – вслух сказал Лаверн.
– Да он из этих! – второй мужчина постучал пальцем по виску.
– Золото? – Громила хмыкнул. – Ну, покажи нам свое золото.
– Сперва вы покажите сеты, – потребовал Лаверн.
Громила расхохотался.
– Пошел на хер!
Согнувшись пополам от удара в живот, Лаверн попятился и налетел на бочку. Та перевернулась, на грязные камни мостовой выплеснулась вонючая вода с остатками протухшей рыбы.
– Да что вы творите?!
Какая-то женщина закрыла Лаверна собой и принялась кричать на головорезов. Те, что было удивительно, молчали.
– Ма, будет! – пробасил громила. – Это просто какой-то бродяга…
– Никакого мясного пирога! Трое не дадут мне соврать, я отхожу вас скалкой, если вы подойдете к моей кухне ближе, чем на дюжину шагов!
К финалу ее бурной речи Лаверн выпрямился и понял, что головорезов отчитывала сухонькая старушка, одетая в длинную, расшитую цветами юбку.
Стукнув громилу набалдашником трости для острастки, она схватила Лаверна под руку и потащила прочь.
Он пошел за ней, потому что даже подумать не мог о том, что может отказаться.
– А тебя чего принесло, а? – спросила старушка, недовольно морща и без того морщинистое лицо.
– Мне нужны сеты, – пробормотал Лаверн, с трудом поспевая за хромой фурией.
– Мог просто зайти ко мне!
– Да кто ты такая?!
Он попытался остановиться, но старушка потащила его дальше.
– Ма! Все так меня называют.
