"
"– Я приказал найти какой-то древний камень, да. – Лаверн напряженно пытался что-то вспомнить и с тревогой смотрел на брата. – Но погоди, откуда тебе все это известно? Ты уверен, что Джемини грозит опасность?
Ничто не волновало Лаверна сильнее, чем благополучие сына. Реки крови, пролитой его людьми, не стоили ничего в сравнении с нависшей над Джемини угрозой. Этим стоило воспользоваться.
– Я уверен, – соврал он. – Как только ты перестанешь быть им нужен, Верховная избавится и от тебя, и от твоей семьи.
В глазах Лаверна появился ужас. Он вскочил было, но тут же опустился в кресло и обмяк.
– Я знал, что им нельзя доверять, но когда Верховная пожертвовала жрицами ради Джемини… Она убила их! Убила ради моего сына! А шепот? Он обещал мне власть и силу, обещал, что мой сын станет великим императором!
– Тебя обманули, Лаверн, – тихо сказал Савьер. – Прошу тебя, мы должны остановить кровопролитие и помешать Верховной найти ключ.
– Она в замке, – вдруг признался брат.
Ладони Савьера стали влажными.
Он постарался скрыть ужас, охвативший его, но голос предательски дрожал.
– Ты уже виделся с ней?
– Нет. Она навестит меня сегодня ночью. – Лаверн посмотрел на брата. – Ты врешь мне! Да, наверняка! Что тебе нужно? Власть? Я ведь доверял тебе! Как ты мог…
Он вскочил и попытался накинуться на Савьера, но тот с неожиданной ловкостью увернулся и позволил Лаверну повалить кресло и растянуться на полу.
Глядя на разъяренного брата, осыпающего проклятиями всех и вся, Савьер чувствовал жалость.
Разум Лаверна поврежден, он не понимает, кто враг, а кто друг. Очевидная ложь кажется ему правдой, а правда – вымыслом. Что же творится в его голове?..
– Лаверн, – Савьер неловко присел рядом с братом и положил руку на его плечо, – если ничего не сделать, Джемини умрет.
Он поступал гадко и ему было противно от самого себя, но другого способа привести брата в чувство Савьер не нашел.
– Нет… – прошептал Лаверн, бледнея. – Не позволю! Никто не посмеет…
– Мы спасем его.
Но ты должен помочь мне. Вставай.
Они поставили перевернутое кресло на место. Лаверн принялся мерить комнату шагами, а Савьер сел, пытаясь выглядеть спокойным.
– Я потребую, чтобы Верховная рассказала мне правду!
– Она снова попытается тебя обмануть. Заклинаю тебя именами Трех, Лаверн, – Савьер подался вперед и заглянул в подернутые пеленой безумия глаза, – не верь ни единому ее слову.
– Ты врешь мне.
Лаверн остановился и уставился на брата.
