Может статься, что она больше никогда не откроет глаза.
Он склонился над ней, коснулся кончиком носа ее лица и ощутил слабое дыхание на своей коже. Она еще жива, но умереть могла в любую минуту. Если ее подруга не поторопится, все будет кончено.
Фэй вернулась довольно скоро. Она втолкнула в комнату заспанного мужчину с клочковатой седой бородой, а следом за ним того самого воришку, который едва не украл Морион.
– Зачем он здесь? Я приказал ему уйти. – Хэль нахмурился.
– Он преследует нас. Мы видели его в трудовом лагере – он якшался с солдатами Лаверна.
Я собираюсь допросить его, – холодно сказала Фэй, сжимая ворот рубашки пленника.
– Я задыхаюсь, – прохрипел тот.
– Потерпишь! – отрезала стражница. – Что с Ромэйн? Кто ты такой? Зачем тебе…
– Оставьте нас, – спокойно велел Хэль и позволил своей ауре воздействовать на собравшихся. – Пусть останется только старик.
Повинуясь его приказу, Фэй и воришка вышли из комнаты и закрыли за собой дверь. Хэль повернулся к перепуганному старику:
– Ты принес с собой иглы?
– Да, сир, – промямлил тот.
Он отцепил от пояса кожаный футляр и раскрыл его. Блеснул металл, Хэль протянул руку и взял одну из игл. Что ж, подойдет.
– Мне нужна краска. Черная и красная.
Закатав рукав рубашки Ромэйн, Хэль провел пальцами по мягкой коже ее предплечья и приступил к работе.
Первым делом он прокусил свою ладонь зубами и добавил в краску горячую темную кровь. Старик, все еще находившийся в комнате, издал удивленный возглас.
– Иди домой. Забудь о том, что здесь произошло, – приказал Хэль, сверкнув глазами.
Мужчина послушно оставил его одного, и только тогда Хэль склонился над рукой Ромэйн, сжимая в пальцах иглу.
Линия за линией, мазок за мазком – вскоре вокруг запястья девушки появилась сложная вязь из древних демонических рун. Этот браслет поможет ей вернуться в этот мир, поможет подавить силу Тет. Его кровь подарит телу выносливость, которой должно хватить для того, чтобы Ромэйн не разорвало от распирающей мощи.
Этого вряд ли хватит, вскоре придется покрыть руновязью руку до самого плеча. Но только в том случае, если она выживет.
Когда он выбил на ее коже последнюю руну, капля пота скатилась со лба на нос и упала на простыню. Ромэйн заворочалась, поморщилась и медленно открыла глаза.
– Все хорошо, – сказал Хэль, откладывая иглу в сторону.
– Хорошо? – Ромэйн несколько раз моргнула, будто пытаясь прояснить зрение.
