Пропускает пальцы сквозь мои, сжимая наши руки в замок.
— Я знаю как ты пахнешь… — шепчет он.
Его палец рисует по моей шее вниз.
— Здесь… — вырисовывает ложбинку на моей груди, — здесь… — палец скользит еще ниже, обводит под одеждой пупок. — И здесь! — соскальзывает мне между бёдер.
Дергаюсь как от удара током!
— Откуда я это знаю?… — отстраняется, заглядывая мне в глаза.
Пальцы продолжают изучать моё тело. Он закрывает глаза… сосредоточенно гладит губами мою кисть, ладонь, пальцы…
Неожиданно стягивает кольцо, что подарил мне Глеб по возвращению.
Кладёт его на подоконник. Затем, пальцы останавливаются на часах. Распахивает глаза, хмурясь поднимает мою руку. Расстегивает браслет, кладёт их рядом с кольцом. Стягивает с волос резинку, распуская их.
Это как… какое-то волшебство. Узнавание без узнавания. Его потряхивает и меня тоже! Всё словно в первый раз! Но и, в то же время, словно в тысячный.
— Как будто я любил тебя в прошлой жизни… не помню ничего… а тебя помню…
Накручивает мои волосы на кулак и оттягивает назад.
Вдыхает мой запах на шее.
— Что ты делаешь?..
— Я не знаю…
Зато, кажется, знаю я. Это тактильная память, она не повреждена и подсказывает тебе, что ни кольца, ни часов не было, когда ты целовал и ласкал мои руки в поезде. А волосы мои были распущенны… и вот так ты делал, накручивая мои волосы на кулак, когда кончал со мной.
Рывком отворачивается.
Отходит, задумчиво проводит рукой по своим волосам… костяшками пальцев по небритой щеке. Я так ласкала его… С щетиной его образ суровее.
Он выглядит чуть старше и серьёзнее — улавливается и должность, и звание. И мне хочется еще погладить его лицо. Влюбиться в него еще раз. И пусть он сейчас не такой легкий и счастливый, как там в поезде. Такой вот, суровый, он мне даже ближе.
Ручку двери неожиданно дёргают с другой стороны. Я вздрагиваю, вставая на ноги.
— Настасья Андреевна?..
— Черт!..
Скинув туфли иду к двери, подхватываю Сергея под локоть. И решительно вжимаю в стену за дверью. Его брови удивлённо взлетают.
Да уж… Не привыкли московские майоры как любовники прятаться? Ну что ж теперь делать?!
— Тихо… — строго шепчу ему я, давя ладонью в грудь.
Чуть приоткрываю дверь кабинета.
— Что-то случилось, Евгений Палыч? — пытаюсь изобразить сонливость. — Я сплю…
— Спите?.. Ладно, я сам тогда…
— Спасибо.
Закрываю дверь. Ложусь на нее спиной и стекаю вниз, запуская пальцы в волосы.
Что нам делать теперь?..
Оттолкнувшись спиной от стены, Сергей встает передо мной как монолит.
