Иначе… мне никогда не выйти из этой реальности — реальности не видящих границ своей власти мужчин.
Но Сергей же не пользуется своей властью, Настя, уехал. Все как ты захотела! А если только пока?..
Вон, что его семья в городе устроила, до сих пор гудит как улей, головы летят.
Да и пусть летят к чёртовой матери!..
Отчего-то я уверена, что Сергей не позволит всплыть тому эпизоду, которым удерживал меня рядом Глеб. Сергей другой…
Поспать бы. Но как назло не спится. Сны поверхностные и все плохие. И в каждом он! Но я уверенна с ним всё в порядке, возле него столько близких.
И еще уверенна, что такой мужчина будет быстро утешен другой женщиной.
А сердце все равно ноет… От этого еще сильнее ноет! Хоть и прогнав его, я не имею права на это чувство.
Моя депрессия и равнодушие ко всему плавно сменяются чувством благодарности к Сергею, что он как катализатор запустил события, которые вырвали меня из вечного плена. Пусть и такой кровью. Я была готова и к большей. Спасибо, что обошлось.
«Надо поспать…» — уговариваю я себя, сжимая крепче подушку.
В темноте на моем столе виден силуэт букета с пионами.
Я занимаюсь мазохизмом? Может быть… Пусть… Ну, просто это самое хорошее, что случилось со мной за много лет — Зольников в этом купе. Наша такая неправильная, может быть, близость… Лицо его счастливое…
Ты же обещала себе не думать о нем! О чем тогда еще думать?!..
Всхлипывая закрываю глаза. Пусть у него всё будет хорошо…
Телефон тихо вибрирует в руке.
— Алё…
— Настя, — Ольга звонит мне каждый вечер.
— Ты как? Можно я приеду?
— Олечка не надо, правда. У меня все хорошо, — убедительно вру я. — Просто все время хочу спать. И я уже легла.
— Ну ладно… этот твой… Зольников… звонил?
— Нет…
— Ну и хорошо.
— Да…
— Мама твоя к тебе собиралась. Звонить, предупреждать, сказала, не будет, а то ты открестишься, как обычно.
— О, боже…
— Так нельзя, Настя, она переживает. Открой ей.
— Конечно.
И десяти минут не проходит — звонок в дверь. С мамой сил говорить вообще никаких! Она плачет, всех проклинает и жалеет меня.
От этого еще хуже.
Свет не включаю, только ночник над диваном. Не хочу, чтобы видела мои заплаканные глаза. Отдышавшись и морально подготовившись не глядя открываю дверь. И растерянно застываю встречаясь взглядом… Лара Крофт! Та самая, что выстрелила тогда в процедурной.
— Привет! — кладёт руку на дверь, видимо, чтобы я не захлопнула без разговоров. — Помнишь меня?
— Помню…
— Нужно поговорить.
Решительно тянет на себя дверь.
