Потому… ее не представляется возможным окончательно решить, пока ей не исполнится семнадцать.
— Выглядит это как проблема выгодной партии, — заметила я.
— В какой-то степени, — хмыкнул ректор. — Что вы знаете о драконах, Уннер?
— О драконах? — Я почувствовала себя сбитой с толку. — Почти ничего.
— Думайте, Уннер, вы же умная.
— Я… а почему бы вам мне этого не рассказать? Раз уж начали? Я буду молчать!"
"— Нет уж, — хмыкнул ректор Стортон. — Иначе как я могу быть уверен, что по-прежнему вас интересую? Моя библиотека, которую вы любите, тайна принцессы, которую вам хочется узнать, Дрангур, с которым вы нашли общий язык, — я надеюсь, что даю все больше и больше поводов задержаться рядом, несмотря на мой ужасный характер и не самую привлекательную вашими трудами внешность.
Что он такое говорит? У меня голова шла кругом.
— Ректор Стортон…
— Послушайте, Уннер. — Он шагнул вперед и аккуратно взял мою руку. Огромные когтистые лапы, как всегда, действовали удивительно аккуратно, даже нежно. — Я… думал, что стоит держаться от вас подальше.
Чтобы вы оставались в безопасности. Должно быть, только это решение спасало остатки моей репутации, потому что я не мог думать ни о чем другом с тех пор, как увидел вас на вступительном экзамене. Вы были прекрасны. Ничего не хотелось больше, чем сделать вас своей.
Что? Он шутит? Я вздрогнула, но не смогла произнести ни слова. Даже не смогла отнять у него свои руки.
— Из-за вашего проклятья я вынужден был… — Ректор Стортон запнулся и опустил глаза. — Постоянно находиться с вами рядом.
Это было настоящей пыткой. Тем не менее, — он откашлялся. — Я бы хотел последовать совету моего друга Бена и поговорить с вами напрямую. Уннер, — он посмотрел мне в глаза и крепче сжал мою руку. — Вы согласны быть со мной? В присутствии всего моего рода я предлагаю вам всего себя, включая вспыльчивый характер и все то, чем я владею, в обмен на небольшой шанс, что мои чувства взаимны. Капли того, что вы ко мне испытываете, и моей библиотеки, к который вы питаете слабость, хватит для того, чтобы вы сказали да?
Синие глаза смотрели пристально, и я растерялась.
Сердце колотилось, как сумасшедшее, так хотелось поверить, так хотелось, чтобы наши отношения вдруг стали красивой сказкой.
Но это невозможно. Потому что я — русалка. У нас не бывает счастливой любви. Наша любовь — оружие, которое губит мужчин.
— Вы предлагаете мне, — медленно спросила я. — Стать вашей… содержанкой?
Выражение лица ректора Стортона не изменилось.