Неужели я… беременна? Миша говорил, что обязательно придет момент, что всему свое время. Он ведь не хотел детей так сразу, и вдруг мой малыш станет для него обузой…
Нет, такого просто быть не может.
— Слава Богу, в этом доме снова появится ребенок! — радовались женщины так, словно я уже была у врача, который подтвердил мою беременность.
— Скажете тоже, — смущаясь и краснея до кончиков ушей, промямлила я, глядя в пол. Руки задрожали — было до невозможного неловко. — Мне просто нездоровится.
— Настенька, у Тамары Васильевны знаешь какой опыт, — убеждала меня Таисия.
— У нее трое детей и уже семеро внуков. Она беременную женщину по взгляду определить может.
""Беременную женщину"".
Разве сейчас было подходящее время? Наверное, он разозлится. Хотя, разве люди злятся из-за таких вещей? И внезапно какое-то тепло невидимое окутало мое тело с головы до кончиков пальцев, и я слабо улыбнулась, незаметно для женщин прикасаясь к своему животу. Миша обрадуется, ведь он любит меня и разумеется, примет нашего ребенка.
Послышался звук отворяемой, входной двери, что значило, что мой муж наконец-то вернулся домой.
— Не говорите ничего Мише, — смущенно протараторила я, и женщины, понимающе кивнув, улыбнулись.
Во-первых, мне нужно было убедиться в правдивости слов кухарки. Во-вторых, если это правда, и я действительно беременна, то мне бы очень хотелось самой сообщить об этом Мише.
Сползла на ватных ногах с длинного стула, и побежала приветствовать мужа. Миша, подхватив меня, приподнял от пола и поцеловав в подбородок, подмигнул.
От мыслей о том, что я беременна, меня стало мутить сильнее, стоило ему отпустить меня на землю. И сразу стало как-то неловко, ведь я ни разу не задумывалась о таких вещах всерьез. Если это правда — как сообщить об этом мужу?
— Что у нас на завтрак? — прошептал он, разуваясь. — Я ужасно голоден.
— Блинчики с творогом, — протянула я, хватая его за руку. — Пошли.
Михаил
Все было готово. С грустью в душе выехал из банка, понимая, что назад пути нет. Настя ничего не заподозрила и встретила меня этим утром с широкой улыбкой: ласковая и счастливая.
Как же тяжело видеть ее такой, когда внутри меня все обливается кровью. Если все пойдет не по плану, то Настя, возможно, никогда меня не простит.
Вернувшись к себе в кабинет, я стал судорожно ждать звонка Ткачева, а перед этим сверял все необходимые документы. Мне нужно было поставить все точки над i, и, понять, какое отношение Шмелев имел к покушению на мою семью.
Настя ни в чем не виновата.
