Его руки покоились на кожаной обивке, поставив ногу на ногу, поздоровавшись, он кивнул мне."
"— Здравствуй, Настенька, — кашлянув, протянул он. Никаких издевательств, ухмылок, или еще чего-либо подобного из его уст я не заметила.
Может, действительно передумал?
— Не будем тянуть, — опустив руку на колено, заявил он. — Я пришел поговорить насчет дня свадьбы.
— Как это? — пропищала я сиплым голосом. Сама поразилась тому, насколько сильно исказилось звучания моего голоса. Потому что его фраза была для меня совсем неожиданной.
— А как ты себе это представляла? — ухмыльнулся он, разворачиваясь и глядя на меня. Папа молчал, сжимая кулаки.
— Никак, — честно ответила я, опуская голову. Меня начало лихорадить, но я стойко держалась, представляя, что все это происходит не со мной.
— Предлагаю все организовать до новогодних праздников, — монотонно произнес он. — Незачем тянуть с такими вещами…
— Подожди, Михалыч, — прервал его мой папа. Его голос дрожал, а лицо исказилось в растерянности. — Как можно так торопиться в таком деле? Настя, она еще… Не готова совсем, — молящим тоном добавил он.
— Альберт, Бога ради, давай по-хорошему все решим… — прижав руку к груди, прошептал мой отец. — Ну зачем тебе это?
— Опять двадцать пять, — грозно выпалил Соколовский. — В общем, не морочьте мне голову, — ударив по колену, сказал он. Альберт Михайлович был на взводе, но держался вежливо кажется только потому, что я тоже присутствовала в этом помещении. Его губы сложились в тонкую ниточку, а лицо исказилось.
— В последний раз спрашиваю — да или нет?
— Да, — четко ответила я. Папа тихо выругался, благо достаточно сдержанно.
— Мишка-то твой, — тихо спросил отец. — Что говорит?
— О моем сыне не беспокойся, — презренно ответил Соколовский. — Это — не твоя забота.
Грубые слова гостя заставили мою кожу покрыться мурашками. Все, теперь все точно решено и спасения у меня больше не будет.
— Все расходы я беру на себя, — отрезал Альберт Михайлович.
— Михалыч, — покачал головой мой папа. — Так не положено!
— Это не обсуждается, Коль, — жестом прервал его Соколовский.
— Ты и так наделал дел.
Они обсуждали мою свадьбу так, будто я не имела к ней никакого отношения. Это несправедливо. Папа молчал или иногда кивал, опустив голову и слушая Соколовского. Мужчина произносил имена незнакомых мне людей, составлял примерный список гостей, а я стояла и слушала.
— Настя, — наконец будущий «свекр» обратился ко мне. — Можешь выбрать себе любое платье в любом салоне.
