Никто не хотел, чтоб этот командир полакомился его ногой за ослушание.
Лицо этого высокого, плечистого каннибала было настолько покрыто шрамами, заработанными в многочисленных стычках и боях, что ему не нужно было никаких декоративных «узоров», чтоб всем своим обликом давать понять, что он один из сынов Великих Поводырей, сошедших на берег из чрева кочующего по миру корабля-государства этих Поводырей, с названием «Новый порядок».
Он еще раз хмуро осмотрел тела. Разочарование было велико. Они потеряли на этом берегу непростительно много людей.
Но сегодня все должно измениться. Сегодня живущее здесь «мясо» должно ощутить всю силу «Нового порядка».
Он рывком сорвал с висящей на шее металлической цепи человеческое вяленое ухо, пропитанное острыми специями и уксусом. Непропорционально большие, ровные зубы из нержавеющей стали с хрустом впились в это лакомство. Взгляд двух каннибальских глаз, один из которых был практически полностью белым, с маленькой черной точкой зрачка в этой белизне, блуждал по траве и останкам людей и вдруг остановился на чем-то, чему здесь совсем не место.
"
"Каннибал перестал жевать и присел на корточки. Осторожно отодвинул рукой поникшие под тяжестью влаги травинки и увидел кубик Рубика. Яркий, броский и такой давно забытый. Командир вдруг улыбнулся. Это был не злобный оскал и не улыбка плотоядного нелюдя. Это улыбка человека, почувствовавшего такую нетипичную для них человеческую ностальгию. Наверное, когда-то давно, в другом мире и другой жизни, когда он был еще совсем молод, этот каннибал обладал подобным предметом.
Он бережно взял кубик в руки и выпрямился. Какое-то время смотрел на него, продолжая давать волю пробившейся из еще человеческого прошлого улыбке. Затем провернул одну грань, вспоминая то, как это делал когда-то…
Его подчиненные, что поблизости возводили укрепления из мешков с песком и деревянных кольев, резко прижались к земле от громкого хлопка, затем обернулись, уставившись на командира.
Тот стоял к ним спиной и перед ним почему-то клубился сизый дым. Вдруг, покачиваясь и неуверенно перебирая подошвами своих брутальных ботинок, он стал поворачиваться. И без того малоприятные рожи детей Великих Поводырей перекосились от ужаса. Обе руки командира исчезли по самые локти. Цепь с ожерельем из ушей куда-то улетела. Ребра торчали из развороченной грудной клетки как зубастая пасть той странной рыбы, что они выловили однажды где-то в южных водах.
