И вот теперь руины северной казармы в очередной раз заставили вернуться в те времена, когда им едва исполнилось по семнадцать и восемнадцать лет. Именно таким было их взросление.
Андрей повернул голову и взглянул на оставшиеся две казармы. Оба здания устояли перед стихией. Перед центральной, на плацу, стоял большой деревянный стол. Все трое здесь. Кубинец сидит за столом и смотрит в большую подзорную трубу куда-то в сторону противоположного берега бухты. Финская женщина, укутавшись в одеяло, сидит рядом и спит, опустив голову на плечо кубинца.
Чуть в стороне горит костер, и Крашенинников что-то варит в котелке над очагом. Судя по аромату, это уха. Михаил настороженно смотрел в сторону отряда, и вот они встретились взглядами. Жаров остановил коня, затем заставил повернуться и двинуться в сторону кустарника, который служил естественным забором между дорогой и плацем. Конь сделал несколько шагов, затем остановился, уткнувшись мордой в кусты, и принялся нехотя жевать листву с веток этих кустов.
– У вас все в порядке? – угрюмо спросил Андрей.
– Надеюсь, что да, – отозвался Михаил. – А у вас как?
– Сегодня мы хороним шесть человек. Завтра еще троих, если разберем завал до темноты и извлечем их тела.
– Мне очень жаль, Андрей.
– Жалость не способна что-либо изменить.
– Да, но все же… – развел руками Крашенинников.
– Как дом? – Андрей кивнул на центральную казарму.
– Пока не знаем. Сейчас уже совсем светло стало. Будем осматривать. Тогда и выясним, можно ли там жить дальше.
– Ясно. Если что-то нужно, говори сейчас.
Потом нам будет не до вас. К тому же запрет приходить к нам остается в силе.
Крашенинников вздохнул. Этот Жаров тот еще упрямец. Мог бы и снять запрет, учитывая новые обстоятельства. Но нет…
– Ничего не нужно.
– И ладно, – кивнул Андрей. – А теперь у меня другой вопрос. Ночью от нас направился человек в Вилючинск. Вы с начала землетрясения все время тут? Вы видели его?
– Когда вовсю начало трясти, мы выскочили сюда и… – Крашенинников озадаченно взглянул на Антонио.
– Был человек… – произнесла вдруг Оливия, открыв глаза и подняв голову. – Я видела, как кто-то на велосипеде в ту сторону проехал.
– А потом? Он больше не появлялся? Не ехал назад?
– Нет, – Оливия мотнула головой.
– Выстрелы, – проворчал Антонио.
– Да, мы слышали выстрелы, – кивнул Михаил. – Ваш человек был с оружием?
– Конечно. У него был автомат.
– Мы слышали три автоматные очереди.
Жаров и Вишневский переглянулись.
– Черт возьми, – тихо буркнул Никита.
