Но все-таки оставалась надежда, что лесной демон задержится где-то среди сопок и они нагонят его и прикончат."
"Этот отчаянный марш длился более пяти часов, пока они, наконец, ведомые следами зверя, не оказались на вершине Голгофы. И то, что предстало их взору с высоты этой почти шестисотметровой горы, заставило забыть об опасном звере.
– Святый боже, – выдохнул тяжело дышавший Сапрыкин, глядя на бухту и хорошо видимый отсюда поселок. – Что здесь произошло?
Вся группа замерла в оцепенении. Воды Авачинской бухты были полны мусора и плавающих в них деревьев.
Лес, расположенный у низких берегов, практически уничтожен. Около двадцати процентов одноэтажных домиков в Приморском просто исчезли. Всюду виднелись завалы из бревен и мусора. Земля покрыта следами размывов. Следы катастрофы виднелись всюду, куда хватало взгляда, брошенного с высоты горы. В низинах блестели от полуденного солнца огромные лужи. Узкая полоска земли, соединяющая полуостров Крашенинникова с Большой Камчаткой, была размыта настолько, что осталась от нее только тоненькая ниточка.
На крохотном острове Хлебалкин торчал какой-то ржавый корпус большого корабля. Старые заводские доки, что уцелели после взрыва много лет назад, теперь были затоплены, и корпуса короблей виднелись в воде совсем не в тех местах, где еще вчера находились их штатные стоянки.
– Черт возьми, да что же это?! – воскликнул Горин, схватившись за бинокль. – Что могло такое натворить?! Землетрясение?! Но мы же его не чувствовали!
– Это явно не землетрясение, – вздохнула Жанна.
– Вчера утром мы с братьями видели далеко в небе большую массу птиц, которая летела в глубь Камчатки, подальше от океана и побережья. Не придали особого значения. Теперь я, кажется, понимаю, почему они вдруг решили держаться подальше от океана и берега.
– И почему же? – взглянул на нее Сапрыкин.
– Это было цунами.
– Цунами?! – Горин не поверил своим ушам. – Здесь, в бухте?
– Ты не забывай, Гора, что бухта соединена с Тихим океаном. Узкий пролив, наверное, ослабил волну, но видя то, что я теперь вижу, я даже боюсь предположить, что обрушилось на внешний берег Камчатки.
– Ни хрена себе… Ну ни хрена ж себе! – отчаянно повторял Женя. В его голове роились жуткие мысли о возможных жертвах этой стихии. – Стоп! Я вижу людей… Черт возьми, да их там сотни! Все что-то на заводе копошатся… И лодки нет!
– Что? – нахмурился Сапрыкин.
– Наша подводная лодка. Ее нет. Но вот тральщик каким-то чудом уцелел. Он у своего причала. Ничего не понимаю.
