От его рук, что скользят по моей обнаженной груди, чуть задевая соски, которые тут же отзываются так ноюще… Так сладко…
Замираю, всматриваясь в мужественное, красивое лицо. На губы, в меру пухлые. Сумасшедше чувственные. Те, которые умеют так ласкать… Дарить такое запредельное наслаждение…
Пальцы сами прикасаются к ним. Скольжу подушечками, на что Давид отзывается рваным выдохом…
– Не отрывался бы от тебя, – резко распахивает глаза.
Крепко сжимает обеими ладонями мою талию, рывком дергая на себя.
Даже через одежду я чувствую, что он снова в полной боевой готовности.
Упирается в меня каменным раскаленным членом. А в глазах вспыхивает голод. Жадность. Безумная, тягучая страсть, тут же отбиваясь у меня в сердце. И тягучей тяжестью внизу живота.
– Вещи бы все вышвырнул, – шепчет мне в висок, прижимаясь еще сильнее. Поглаживая подушечками пальцев ямочки на ягодицах. Заставляя трепетать от одного его голоса.
– Разве что позволил бы что-то легкое накинуть. Временно. Пока ты бы завтракала. Но ненадолго! Блядь.
Какой же я по тебе голодный, Саида. Ты даже не представляешь!"
"О, нет. Представляю! Еще и как представляю! Если Давид чувствует хотя бы наполовину то же, что и я… А мое тело уже заходится в мелкой дрожи. Откликается на него, как на своего хозяина. Сходит с ума.
Сама не замечаю, как льну к нему. Прижимаюсь еще сильнее. Чувствую каждый удар его сердца будто внутри себя.
И не только сердца…
– Одежда?
Переспрашиваю дрожащим голосом.
О чем это мы вообще?
В ушах гул. В голове гудит и бешено бьется пульс.
Во всем теле просто безумный ураган! Смерч, сносящий всю реальность!
Только мы. Рваное дыхание. Сумасшедшие касания тел, между которыми проносятся безумные вспышки тока!
– Здесь нет моей одежды.
Вряд ли Давид послал кого-то за моими вещами в родительский дом. И еще более вряд ли отец что-то мог отдать человеку Давида. Скорее, встретил бы его с ружьем и не пустил бы даже на порог! Нет! Даже и за ограду!
– Я заказал тебе платья. На новом месте все должно быть новым, разве нет, жена?
Жена…
И от этого слова сердце ударяется где-то в самом горле.
Оно растекается жаром по телу. Снова заставляя кончики пальцев заискрить.
– Рассчитывал, мы куда-то выйдем. Прогуляемся. Или проедемся по городу в карете… Ну, что-то такое красивое. Романтичное. Только на двоих.
Его глаза продолжают испепелять меня своим диким голодом. Жаркие золотистые вспышки взметаются в них так, что почти закрывают зрачок.
– Не так сразу, конечно. Не этим вечером. И не завтрашним.
