Приходится переть против ветра. Иногда даже огнестрельного! Но как иначе? Тот, кто склоняется под ветром не стоит любви!
– Давид…
– оставайся здесь. Я встречу гостей!
– Ты совсем с ума сошел!
Грохочет резкий низкий мужской голос.
Слышу грохот, как будто кто-то со всей силы ударяет кулаком по стене.
Наверное, это доносится из кабинета.
Рефлекторно, как-то инстинктивно сжимаюсь в комок. Обхватываю руками плечи.
Подхожу к окну, осторожно выглядывая за занавески.
Люди отца Давида здесь. Теперь и правда весь двор полон вооруженной охраны.
Если им придется сцепиться в схватке, это будет самая настоящая война! Тут армии, не меньше!
Даже за оградой стоят. Кажется, это те, что приехали с братьями Давида.
Хочется закрыть лицо руками. И уши. Но мне все равно слышно все, что происходит в кабинете!
– Отец.
Резкий холодный голос даже здесь отдается эхом. Наверное, это старший из братьев.
– Что? Что, отец? Не сметь мне перечить! Волю отца исполняют! А вы! Вы наплевали на все! На традиции! На семью! На интересы империи, которую выстраивали еще ваши прадеды! Я поражаюсь! Разве так я вас растил? Так воспитывал? Я уже вообще не уверен, мои вы сыновья или нет! Выйди, Аиша!
Женский всхлип и топот торопливый каблуков.
Значит, еще была и женщина. Ее я не заметила.
– Ты! Ты был моей последней. И главной надеждой, Давид!
– Кажется, все основные надежды полагались на Бадрида.
Слышу уверенный. Четкий голос моего мужа.
Никак не могу к этому привыкнуть.
Муж. Да и стоит ли привыкать?
– После всего, что твоему старшему брату пришлось пережить… После того, как мы его уже почти потеряли и почти оплакали… Я смотрю сквозь пальцы на его желание отойти от дел. Тем более, уверен, это лишь временное стремление. Ему нужно отдохнуть. Восстановиться. Прийти в себя и заново выстроить приоритеты в своей жизни!
– Арман…
– Арман всегда был неуправляемым! Я даже не пытался укрепить империю за счет твоего второго брата! Еще не факт, что договорной брак с ним не вылез бы всем нам боком! Он способен так галантно вести себя с женой, что это могло бы грозить войной!
Слышу смешок.
Ну да. Коварный соблазнитель, и правда всего слегка уступающий в этом медведю! Отец очень точно видит своих сыновей. Явно его глаза не застилает родительская любовь.
– Но ты!
Кто-то пытается вставить слово, но Багиров-старший не дает. Грохочет голосом так, что я даже слышу, как звенит хрусталь.
