Который для меня все еще отдает солью и горечью всего, что нам пришлось пережить!
– Обещай мне. Этого больше не повторится!
– Обещаю, Давид. Обещаю. Больше никогда.
– Ты моя жизнь. Теперь вы две моих жизни!
Шепчет Давид, подхватывая меня под ягодицы.
– Я буду аккуратен, Саида. Я постараюсь. Быть. Аккуратным.
Мы оба захлебывается диким голодом, когда Давид делает первый, осторожный, плавный толчок внутри меня.
Впиваемся друг в друга пальцами. Схлестывается языками.
Сильнее. Крепче. Еще. Еще.
Как будто оба боимся, что это лишь сон.
Наваждение. И сейчас рассеется. Исчезнет.
Меня выкручивает просто сумасшедшим вихрем конвульсий.
Он нашей близости. Кажется, именно сейчас она сильней всего, что было прежде. На максимум. Будто без кожи. Сердце к сердцу! И я читаю то же в глазах Давида, неотрывно впившихся в мои!
Он гортанно хрипит вслед за моим криком. Обхватывает еще сильнее. Прижимает так, что я уже не понимаю, где бьется его сердце, где мое… Они оба у меня внутри! У него. У нас.
И еще одно. Маленькое сердечко. Связавшее нас навсегда.
– Ты мой воздух, Саида. Мой кислород, – шепчет Давид, лихорадочно скользя по моей спине руками.
– А я… Я дышу тобой! Тобой!
Шепчу в ответ, покрывая его разбитые плечи поцелуями.
Жадными. Рваными. Все еще смешанными со слезами!
– Я сделал больно?
Давид напрягается. Цепко впивается взглядом в мои глаза.
– Ты плачешь, Саида.
– Нет. Нет, Давид. Ты не сделал. Это просто выходит вся прежняя боль!
– Говорят. Любовь станет крепче, если прошла через тяжелые времена.
Я клянусь, что они у нас закончились, Саида. Клянусь. Я больше никогда тебя не потеряю! А если… Попробуешь снова сбежать! Точно. Навсегда. Запру в подвале, когда найду! А теперь отдыхай. Отдыхай, любимая.
Подхватывает меня на руки, завернув в пушистое одеяло.
– Давид. Подожди. Тебе нужно обработать раны!
Они и правда страшные. Просто жуткие! Мне на них смотреть, и то больно!
– Сказал. Ерунда.
Втягивает мои губы своими с силой. И отпускает, опуская меня на постель.
– Не могу. Не могу, черт возьми, от тебя оторваться! Но мне нужно уйти. Прямо сейчас, Саида.
– Подожди. Давид.
Удерживаю его, хватаясь обеими руками.
– Да, Саида.
– Как ты понял, что я не подмешивала ничего Лилит?
Ни за что не поверю, что она призналась. Даже если была на грани жизни и смерти! Такие, как она, всегда и во всем идут до конца! Особенно в своей подлости!
– Саида.
Зарывается пальцами мне в волосы. Мягко целует голову.
