И все понимает.
Я разговариваю с ним с самых первых дней. Как только узнала о своей беременности.
Николай и здесь помог.
Договорился с доктором, и она осматривала меня без документов. Оформила карту на чужое имя, ни о чем не спрашивая."
"Но так продолжаться тоже долго не может!
Мне нужно забыть Давида. Думать лишь о нем. О малыше.
И перестать, наконец, плакать в подушку! Не хватало еще, чтобы мой малыш вырос плаксой!
Хотя он, конечно, таким не будет.
Улыбаюсь, чувствуя от живота по рукам тепло. Искринки.
Я уверена, что это будет мальчик. Настоящий мужчина. Смелый. Благородный. Очень сильный и мужественный! Он и сейчас, уже, хоть и такой кроха, а придает мне сил! Мое счастье. Мой единственный и самый главный смысл жизни!
Только его мамочке пора уже перестать волноваться.
Я ведь сильная. А ради него я все смогу!
– Нам пора прогуляться, малыш, – шепчу, уже чувствуя, как улыбаюсь своему крохе.
Все еще поглаживая живот.
Николай запретил мне выходить без особой надобности. Поэтому и привозит мне продукты и вещи.
Все, что необходимо. И все же… Я не могу постоянно сидеть в квартире! В четырех стенах можно совсем с ума сойти!
Надеваю парик. И все равно повязываю голову платком. Черные очки на половину лица. Мешковатое платье.
Приходится соблюдать эту маскировку каждый раз, когда выхожу из дома. Да и гулять я себе позволяю лишь в небольшом парке возле него.
Он совсем маленький. Не облагороженный. Здесь просто растут неухоженные деревья и поставили несколько лавочек, одну детскую площадку.
Каждый раз этот парк мне больше напоминает небольшой лесок. Да и людей здесь практически нет. Только старики греются иногда на солнышке, сидя на лавочках. И молоденькие мамочки прогуливаются с колясками.
Идеально. Свежий воздух. Благодать. И тишина.
Прогулка успокаивает. Сердце перестает биться так сильно.
Наконец даже перестаю видеть перед глазами женщину в белом костюме, которая стала его женой.
Надо почаще выбираться. Это ничем мне не грозит. Надо искать и положительные стороны во всем! Раз Давид женился, значит, меня скоро перестанут искать! И я смогу гулять и жить совершенно свободно! Может, даже смогу с подругой встретиться! Николай строго настрого запретил нам общаться, даже по телефону.
С того страшного дня после взрыва мы с ней и словом не перекинулись!
– Саида?!
Уже разворачиваюсь, чтобы вернуться домой, как мне в спину ударяет знакомый голос.
Замираю. Зачем-то рефлекторно опускаю руки на живот.
Нет. Нет.
Шепчу себе.
