– Там не холодно…"
"– Как пожелаете… У меня за домом что-то вроде веранды. Вам там понравится!
То, что бомж назвал верандой, оказалось уставленным деревянными ящиками пятачком, над которым была натянута полиэтиленовая пленка. Пока Тоня усаживалась, бомж сбегал к костру и вернулся с закопченной кастрюлей в руках. Запах от нее исходил удивительный!
– Себе я наложу в миску, а вам дам одноразовую тарелку. У меня есть несколько штук.
– Надеюсь, вы нашли их не в урне?
– Нет… – Тоня облегченно выдохнула. – На свалке.
– И, заметив, как вытянулось ее лицо, с улыбкой добавил: – Но вы не волнуйтесь, они в упаковке были. Некондиция.
Он разложил чахохбили по тарелкам. Выглядела курица очень аппетитно, а Тоня ужасно хотела есть, поэтому взяла небольшой кусочек и отправила его в рот.
– Ну как? – поинтересовался шеф-повар.
– Очень вкусно. Никогда не ела такую нежную курицу…
– А это и не курица.
– А что? Индейка?
– Голубь.
Тоня поперхнулась. А чтобы гостеприимный хозяин не увидел, как она выплевывает до конца не прожеванное мясо, она отвлекла его вопросом:
– По вашей речи я поняла, что вы не по жизни бродяга, ведь так?
– Так, – благодушно подтвердил он.
– У вас и работа, наверное, была?
– А как же! У всех была работа.
– И где вы работали?
– Да вот здесь.
– Где?
– В том учреждении, где вы сейчас служите.
– В нашем НИИ?
– Совершенно верно. Я был старшим научным сотрудником лаборатории полимеров.
– Так у вас что, и степень имеется?
– Я кандидат химических наук, – с достоинством ответил он.
– Поразительно! – Тоня и впрямь была удивлена. Вот ведь, что жизнь-злодейка с людьми проделывает! – А как вас зовут?
– Емельян, – представился бомж.
– А меня Антонина.
– Тонюшка, очень рад! – Он взял ее маленькую, лишенную маникюра ладонь в свою не очень чистую лапищу и поцеловал. – Как вы относитесь к поэзии?
– Прекрасно.
– И кто ваш любимый автор?
– Ахматова.
– «И в тайную дружбу с высоким, как юный орел, темноглазым…» – начал декламировать Емельян.
– «Я, словно в цветник предосенний, походкою легкой вошла», – подхватила Тоня.
– «Там были последние розы…»
– «И месяц прозрачный качался на серых, густых облаках…»
Как только прозвучало последнее слово стихотворения, оба восхищенно выдохнули. С этого выдоха и началась их дружба.
* * *Антонина заглядывала к своему новому другу каждый вечер. Когда шла на остановку, непременно сворачивала с тропы, чтобы хотя бы полчаса провести в приятном обществе Емельяна.
