Он надеялся, что Маклауд и товарищи по Шотландской гвардии, которые намеревались попытаться освободить Мэри, добились успеха, как и он. Но в случае с Беллой он хотя бы знал, когда предположительно ее вывезут из замка. Здесь же все было неясно: гвардейцы, возможно, в окрестностях замка, и ему не хотелось нарушать их планы: это могло испортить все дело. С другой стороны, свадьба, когда замке будет полно народу, – отличный отвлекающий фактор.
– Когда свадьба? – спросил он.
Белла, глядя на него с любопытством, пожала плечами:
– Я не знаю.
Лахлан, посмотрев на бледное, залитое слезами лицо, где живы были только эти огромные синие глаза, почувствовал, как внутри что-то сжалось, и это «что-то» было подозрительно близко к сердцу, чтобы его считать обычным вожделением. Господи, что она с ним делает?
– Вы вправду отвезете меня в Роксбург? Или просто хотите меня успокоить?
Лахлан хмуро кивнул. Это задержит их самое большее на день. Но он не обманывал себя: каждая минута промедления, что они задержатся на границе – на английской ли, на шотландской стороне, – подобна смерти.
Если их узнают… Нет, об этом нельзя даже думать: нужно сделать так, чтобы не узнали.
Строго говоря, Роксбург находился в Шотландии, однако английские гарнизоны стояли во всех важных крепостях Шотландской Марки.
– Нет, вы не поедете, – сказал Лахлан. – Я сам выясню, что смогу, только вас к замку и близко не подпущу. Я настаиваю, Белла! Вы поняли?"
"Но разве втолкуешь тому, кто не желает слушать? Она с готовностью закивала, а потом и вовсе бросилась ему на шею, чуть не задушив.
Лахлан не привык, чтобы его благодарили, но, судя по тому, как распирало грудь, заподозрил, что это очень даже приятно и, если не поостережется, может и привыкнуть.
Самым разумным было бы выпутаться из ее объятий, отойти в сторонку и вернуться к своим обязанностям, только вот разум отказывал ему, если дело касалось Беллы Макдуфф, поэтому Лахлан заключил худенькое тело в кольцо своих рук, наслаждаясь странным ощущением снизошедшего на него мира и покоя.
Глава 12
Поскольку впереди было долгое путешествие, Лахлан приказал Белле до наступления ночи поспать. Казалось, ожиданию не будет конца. Когда последние лучи заходящего солнца позолотили кроны деревьев, они наконец пустились в дорогу.
Как и обещал Лахлан, Маклин и Ламонт задержались в Берувике на пару дней: понаблюдать за монастырем, – так что они остались вчетвером: Лахлан, Бойд, Сетон и Белла.
