— Я не выдержу ни минутного расставания с тобой, демонова любовь моя, чертов прекрасный выродок!
Шен оценил яркость эпитетов и вздохнул. Что ж, остается надеяться, что Рэн со своим учеником куда-нибудь провалятся по дороге.
С этими мыслями Шен направился по очередному коридору.
Получив молчаливое согласие своей демоновой любви, старейшина Рэн и его ученик засеменили следом. За ними пристроилось призрачное войско, с которым не так давно они вели бой, а вслед за теми шел большой пушистый монстр со скорпионовым хвостом и ползли демонические создания.
Над их головами летали феечки.
Пройдя ведущий в нужном ему направлении коридор и уткнувшись в тупик, Шен вновь стал просить стены расступиться перед ним, и конечно же не получал отказа.
Спустя немалое количество времени, стены перед ним неожиданно кончились, и Шен увидел стоящие в стороне кресла, боясь поверить своим глазам.
— Мы добрались! — радостно воскликнул он, но кроме него никто не оценил этой вести.
Ал по-прежнему не пришел в себя, и Шену оставалось только надеяться, что ученик очнется, когда сознание его переместится в реальное тело, а старейшина Рэн с учеником продолжали с любовью смотреть на Шена и никакие кресла их вовсе не интересовали.
— Так, — подойдя к оным, начал Шен, — вы двое — присаживайтесь на эти кресла.
— Как пожелаешь, демонова любовь моя! — тут же воскликнул Рэн и выполнил его распоряжение.
Ученик Рэна последовал его примеру, и Шен увидел, как их тела тут же растворяются, стоило им сесть в кресла. Затем он опустил в другое кресло Ала и подождал, пока он исчезнет, а затем сел сам.
В следующий миг он открыл глаза в реальном мире, а на его барабанные перепонки обрушились неистовые крики старейшины пика Росного ладана.
Глава 112.1. Снегопад
Рэн так и не успокоился, продолжая осыпать Шена проклятьями, улетая с пика Таящегося ветра. Он кричал, что ему нанесено ужасающее оскорбление, и проклятый старейшина за все ответит.
Шену оставалось только печально вздохнуть, так как объясниться с Рэном не было ни малейшей возможности.
Он не захотел выслушать его извинения, а только ругался и плевался слюной, обещая проклятому старейшине ужасающую кару.
Тот проводил кричащую фигуру взглядом и, наконец, посмотрел на своего ученика. Ал все еще лежал в кресле с закрытыми глазами, Шен присел рядом и легонько встряхнул его за плечо.
— Ал.
Шен уже раздумывал, начать ли предаваться легкой панике, но тут ресницы Ала дрогнули и он открыл глаза. Хозяин Проклятого пика с облегчением перевел дыхание.
