— Нет, это не так, — решительно произнес он. — Он дышит. Он дышит. Я чувствую его дыхание. Он не уйдет от меня вот так.
Муан чувствовал, как его ладони колет стужа. Они начинали медленно леденеть вслед за телом Шена. На мгновение он подумал, что, может, весь заледенеет? Они вместе застынут вот так…
— Нет! Он не умрет, — произнес Муан, обрывая отчаянные мысли. — Он не умрет. Он особенный.
— Ни свет, ни тьма не способны противостоять зимней стуже. Она выжигает все. Я… — Зимний король прикрыл лицо руками. — Я на самом деле никогда бы не пожелал, чтобы это был он…
— Хватит хоронить его раньше времени! — разозлился Муан.
— Сделай горячую ванну, я не знаю! Сделайте хоть что-нибудь!!
«Шен! Шен! Ты такой идиот! Я оставил тебя всего на несколько минут, как ты мог снова так вляпаться?! Шен! Ответь мне, Шен!»
Муан подхватил его на руки и пошел, следуя за фейри.
В купальне стоял удушающе-горячий пар. Зайдя внутрь, Муан немедленно почувствовал, что по спине текут струйки пота. Из-за пара было почти ничего не видно.
Не раздеваясь, он ступил в обжигающую воду, держа проклятого старейшину на руках. Вода полоснула огнем, но мечник прошел еще дальше и опустился на колени, погружая лежащее на его руках ледяное изваяние в воду. Немедленно температура воды опустилась на несколько десятков градусов, а покрытые инеем волосы стали свободно извиваться в воде.
Муан наклонился и накрыл его губы поцелуем, вдувая в легкие теплый воздух.
— Я больше не поцелую тебя, пока ты не скажешь, что любишь меня, — прошептал он.
Горячий пар все еще клубился в воздухе, но вода стала покрываться корочкой льда.
Глава 127.2. Тепло твоей тьмы
Та зима выдалась странной. Сначала стояли морозы, да такие, что кровь стыла в жилах, а земля промерзала до основания, а затем обрушились дожди. Почки стали набухать на деревьях, трава начала зеленеть. Но дождевые облака сменил град, бьющий молодые побеги, и стужа, заставляющая сердца людей леденеть. Казалось, сама природа пожелала свести со свету человеческий род.
Болезненно-бледный человек шел по проселочной дороге, ступая по стылой земле.
Серый подол его одежд вымок и был обляпан грязью.
— Что ты здесь делаешь, фейри? — остановившись, обратился он к существу, сидящему у обочины и хмуро кидающему камушки в большую, разлившуюся на всю дорогу лужу.
Фейри вскинул голову, тряхнув копной пепельных волос, и недовольно глянул на обратившегося к нему человека.
— Иди своей дорогой, заклинатель, — отозвался он.
— Только если ты пойдешь своей.
