– Задавай, – милостиво разрешила я.
Греков подошел вплотную к креслу, где сидела прикованная художница.
– Она – Адал? Мы с тобой пришли к выводу, что кличка – это перевернутое имя. И по возрасту, и по всем обстоятельствам на роль главаря подходили только совсем близкие Насте люди. Но! Адал умеет убивать человека мгновенно. Почему она не сопротивлялась, когда парни ее схватили?
– Наших было больше, – гордо вскинула я голову.
– Но только не в случае с Адалом! Оставайся тут, не двигайся, – закричал Веня и ринулся в коридор.
Я растерянно посмотрела на Ладу, а та неожиданно засмеялась.
– Деточка, знаешь легенду про костюм Адама для Евы?
– Нет, – пробормотала я.
– Илья Николаевич ее любит, – спокойно продолжала Лада, – вычитал в какой-то книге. Помнишь, почему Бог первых людей из рая выгнал?
– Они съели яблоко, которое им запрещалось трогать, – ответила я, пытаясь понять, куда подевался Веня.
– Верно, – кивнула Лада, – но хитрая Ева не хотела покидать райские кущи, она бросилась к Змею и взмолилась: «Спрячь меня от Божьего гнева».
Змей ей ответил: «Могу дать тебе костюм Адама». То есть он предложил женщине превратиться в мужчину, а та согласилась. И вот когда пришел час изгнания из рая, Господь увидел двух Адамов, один из которых сказал: «Несправедливо прогонять невинного. Ты не знаешь, кто их нас съел яблоко, придется оставить всех в раю». Но Бог-то сразу понял, что перед ним преображенная Ева, превратил ее снова в женщину и со словами «Никогда тебе не стать мужчиной» выдворил пару вон.
Ну и как тебе легенда?
Я пожала плечами.
– Весьма глупо звучит – Бог-то знал, что других людей в раю нет, откуда там взяться второму Адаму?
Лада хмыкнула.
– «Никогда тебе не стать мужчиной», – вот ключевые слова. Как женщина ни старается, ни прикидывается, ни врет про себя, ни натягивает костюм Адама, все равно она слабая баба, и кое-что ей не под силу. Веня-то в конце концов понял правду. А тебе пришлось легенду про костюм Адама для Евы рассказывать.
Ну что, не дошло еще?"
"Я вздрогнула и, сопровождаемая тихим то ли кашлем, то ли смехом Лады, бросилась за Грековым.
Дверь в кабинет Ильи Николаевича стояла нараспашку. Вбежав в комнату, я увидела на полу скрюченное тело мужчины, которому поручили посидеть с кандидатом наук, и бледную Вику Мамаеву.
Веня присел около парня, а я подскочила к приятельнице:
– Жива? Почему ты не позвала на помощь?
Виктория трясущейся рукой показала на труп.
