Высокое ускорение мешало работе расчетов и команд, а кроме того, полет по баллистике откладывал контакт и давал чуть больше времени для реакции. Но основная причина оставалось всё то же — обманкам следовало клубиться вокруг корабля.
— Всю энергетику на ПРО! — приказал Ивор.
Корпус рейдера задрожал от стрельбы автоматических пушек. Они выпускали флешетты со скоростью в 4 километра в секунду, а поскольку рейдер двигался без ускорения, то за девять секунд снаряды успевали уйти от него на 36 километров.
Догерти из секции РЭБ наверняка пытался сейчас оглушить торпеды, а Алекс проникнуть в их мозги и повредить полетное задание, если не перехватить управление. Однако им не хватило времени.
Только одну торпеду повредили флешетты или лазеры ПРО. Остальные пять одна за одной взорвались на траверзе в период максимального сближения. Все они оказались фугасными. И три из них взорвались довольно близко от рейдера, чтобы причинить урон.
— Повреждение в секции риформинга.
— Повреждение канала западного маршевого двигателя, — доложил Джонсон.
Два двигателя могли обеспечить им ускорение до трех g.
— Лучше чем я думал, — подытожил Ивор, приняв все рапорты о повреждениях. — Пострадавшие?
— Пострадавших нет.
* * *Первый залп противника оказался наиболее удачным. Остальные выныривали из гипера в большем удалении. Зато среди них все больше попадались боеголовки с ИРЛ или ЭМИ генератором. Нибелунг уже некоторое время не мог стрелять по Сторожу и изредка отвечал торпедами и орудиями только Бродяге.
Тот, однако понемногу смещался к планете и через семь часов боя покинул зону поражения. «Нибелунг» утратил возможность отвечать огнем на огонь, осталось единственное средство спасения — бегство. При ускорении в три g рейдеру требовалось как минимум десять часов, чтобы выйти на трехнедельный гиперпрыжок к родной системе. Однако ускорение приходилось часто сбрасывать. Хуже того, приходилось менять курс, а потом восстанавливать нужный вектор.
При этом Сторож летел по их курсу не маневрируя, мало того перешел на форсированный режим. Однако его капитан держал такую разницу скоростей, чтобы имея возможность стрелять самому, не давать такую возможность «Нибелунгу».
— Хитрый мерзавец. Всё же это не новичок, как я подумал сперва.
Ивору пришло в голову оставить сюрприз преследователю. Он не мог стрелять торпедами, но мог оставить их на пути врага, вроде как минируя проход.
