Не то тебе пришлось бы быть принцем на какой-нибудь безатмосферной луне.
Принц достал из сумочки охапку динамических чипов.
— Хочешь попробуем свежие фанси?
Динамический чип (его ещё называли пегтоп или волчок) являлся системой записи, «живым слепком» мозговой активности. При воспроизведении динамическая структура оказывает влияние непосредственно на мозг пользователя, своеобразным полем. Скопировать такой слепок было невозможно, он мог лишь перетечь на другой носитель, соскочить как волчок с одной поверхности на другую.
Когда-то их создали с целью контроля над состоянием больных душевными недугами пациентов, нечто вроде продвинутого психоанализа.
Но коммерсанты увидели иное применение. Пегтоп стал хорошим средством передачи уникальных данных, что сразу же поднимало их цену. А с помощью генетического кода его привязывали к уникальному потребителю или группе потребителей. Например на пегтопах выпускали именные вексели или доступы к счетам, которые невозможно подделать, откорректировать или получить по ним доступ кому-то иному, чем зафиксированному кругу персон.
В сфере развлечений применение изобретению тоже нашлось. На пегтопы записывали ревери или фанси, как называли их в других местах — авторские слепки ментальных фантазий, трипов, нечто возникшее в мозгу человека со всеми атрибутами вариантности, эмоционального отклика…
Прочувствовать фанси получалось лишь через особый нейроконнектор, Если стандартный связывал пользователя с компьютером или сетью, то этот позволял «проиграть» запись в голове, причем в этот момент человек как бы погружался в чужие ощущения, воспринимая их как свои.
Запись занимала немного реального времени, хотя субъективное ощущение могло достигать нескольких дней или даже месяцев. Что использовалось для различных программ интенсивного обучения.
— За что я люблю их, так это за штучность, — произнес Маскариль. — И производства, и потребления. В этом деле невозможно коллективное творчество, как и коллективный просмотр. Невозможно синтезирование сетью или программой.
Никакой поденщины, литературных негров, никаких суррогатов, фальши. Потому что автору трудно обмануть самого себя и все это отражается на слепке. Никакой повторяемости.
— Зато и шедевры встречаются не так часто."
"— Но это действительно шедевры. И главное, они принадлежат кому-то одному. Один автор, один потребитель в моменте. Никакого копирования и массового производства.
Авторы удачных фанси делали себе имена и становились богатыми.
