Сладенький, ты кто вообще такой? И это ты Шантара кокнул или кто другой? – с этими словами фиолетовый монстр надвинулся на меня, а его острый шип, словно кинжал, особенно ярко блеснул в солнечном свете.
– Я…я…я… – от страха у меня помутилось перед глазами. – Я ни-ни-никакой не сладенький, и во-во-вообще не видел, ка-а-а-ак умер Шантар, – отчаянно заикаясь, стал объясняться. – Я его ученик. То есть был учеником. То есть был пилотом. То есть он учил меня на пилота.
Цварг остановился рядом с телом моего наставника и нахмурил свой фиолетовый лоб.
– Как-то мне всё это не нравится, – задумчиво произнёс он, побарабанив пальцами по губам. – И в первую очередь мне не нравится то, что ты меня боишься. Надо что-то с этим делать. Нет, мне, конечно, приятно и очень вкусно, но ты так быстро отощаешь, а ты и так вон какой худой.
Мой мозг из этой тирады выхватил лишь «очень вкусно» и «вон какой худой», что заставило моё тело задрожать крупной дрожью. Интересно, а цварги клыками раздирают внутренности своей жертвы, когда она ещё жива, или перед этим благородно ломают ей хребет? Вон клыки какие огромные…
– Р-р-р-р! Да перестань же трястись как осиновый лист! Сейчас же! – зарычал пришелец недовольно.
– Прими как факт, что если я захочу, то убью тебя одной левой, ты и моргнуть не успеешь. Зарубил себе на носу?
– Как-то от этого знания легче вот прямо совсем не становится, – промямлил я совершенно честно.
В следующую секунду пришелец вдруг размазанной тенью метнулся ко мне, подсечка – и вот уже у моего сердца острый, как нож, хвост, а у горла – не менее острые клыки.
– Вот так. Как я сказал, ты не успеешь и моргнуть, – прорычал этот пришелец мне прямо в лицо, а затем неожиданно подал крепкую сухую ладонь. – Давай, вставай, пацан, нечего на холодном полу разлёживаться. Заболеешь ещё!
Эта внезапная демонстрация силы и скорости реакции, многократно превосходящей мои собственные, а затем странная забота почему-то сработали.
Обо мне никто никогда не заботился «просто так» и не подавал руку. Шантар если и кормил или учил меня чему-то, то всегда требовал от меня оплаты в виде ведения хозяйства, уборки двухэтажного дома, стрижки газона и другой не менее тяжёлой и грязной работы.
– Вот, так-то лучше, – морщины на лбу пришельца разгладились. – Давай знакомиться. Меня зовут Рэй. А тебя?
– А меня Ивар, – представился я.
