Чтобы успокоить свою профессиональную совесть. Он считал, что в отличие от обычной она у него есть.
— Кто собрался у Марины? Здесь я, — объяснила тем временем Тамара, — наша родная тетя Фаина и друг нашей семьи, очень близкий. Приезжайте, Арсений. Вы наверняка разбираетесь в делах с убийствами лучше, чем все мы, вместе взятые. За деньгами мы не постоим, это же такое дело…
— Ладно, — согласился Кудесников. — Я приеду. Только помощника захвачу.
Под помощником он подразумевал Белкина, игнорировать которого было никак невозможно.
Арсений неожиданно подумал, не случилось ли чего с этим деятелем. Он уже давно не выходил на связь, а ведь собирался следить за Папаскиным. Теперь Папаскин мертв, а где Белкин — никому не известно.
По дороге он звонил ему беспрестанно, и наконец на шестой или седьмой звонок ему ответил знакомый голос:
— Эт-то я.
— Рад, что ты жив, дружок, — не без иронии заметил Кудесников. — Надеюсь, ты в курсе того, что случилось с твоим подопечным?
— Н-нет, — после паузы ответил Белкин.
— Я его пот-пот-пот… Потерял.
— Его убили.
— Нем-нем-нем… Не может быть!
— Где ты сейчас?
— Пон-пон-пон…
— Понимаю, понимаю. Где ты?
— Пон-пон-пон…
— Понятия не имеешь?
— Пон-пон-пончики ем.
— Отлично, — констатировал Арсений. — Вытри рот салфеткой и отправляйся к Марине Папаскиной домой. Я буду там. Расследование продолжается. Только теперь мы имеем на руках не мужа, подозреваемого в измене, а его хладный труп. Полагаю, нас попросят выяснить, кто и зачем его прикончил.
И здесь твои последние наблюдения окажутся неоценимыми."
"Белкин засопел, из чего можно было сделать вывод, что с его последними наблюдениями явно что-то не так. Арсений хмыкнул и отключился. Приехав на место, он взял Мерса «на поводок» и легко взбежал вверх по лестнице. Кот летел впереди, распушив хвост. Он вообще любил бегать вместе с хозяином, и стоило тому прибавить шаг, охотно включался в игру.
Дверь им открыла женщина, удивительно похожая на Марину, только миниатюрнее и стройнее.
Кроме того, в отличие от сестры у нее был уверенный взгляд и более энергичные повадки. Волосы темнее и короче, она заправляла их за уши — вскоре выяснилось, что это ее любимое движение. Она делала так, когда о чем-то задумывалась, что-то рассказывала и даже когда кокетничала.
— Вы — Тамара, — заявил Кудесников без улыбки. — Я Арсений. Мы разговаривали с вами по телефону.
— Боже мой! — воскликнула та, присев на корточки.
