Во-вторых, быстро был найден вполне достойный повод для скорой повторной встречи — у Карины, оказывается, два дня назад за серьезное нарушение правил отобрали права, и Кудесников тут же пообещал поспособствовать, тем более такая возможность у него действительно была. На том и расстались, благо сеанс был наконец завершен.
Дугинцы под предводительством Льва Борисовича покинули квартиру и отправились к себе домой. Точнее, как уже выяснил Кудесников, домой к Пете. В одном очень престижном поселке недалеко от Москвы он имел коттедж, в котором Лев Борисович и соизволил нынче остановиться.
Карина с досадой, а Петя со смехом рассказывали Арсению о чудачествах богатого дядюшки и его страсти экономить на всем, включая гостиницы, такси и так далее.
Рите необходимо было отдохнуть — она выглядела очень уставшей и даже как будто осунулась. Видимо, энергии на своих сеансах она действительно тратила много. Уже уходя, Кудесников спросил:
— Как он вообще сюда попал? Он же первый раз у вас в квартире?
— Обычно. Прилетел и сразу Смирновой звонить.
Татьяна ему все объяснила, дала адрес. Только мне позвонить забыла. Поэтому все так спонтанно. Кстати, как он вам?
— Очень активный. Я даже сначала за вас испугался — подумал, что он сюда жить приехал. Навсегда.
— Это у него манера такая. А в принципе он довольно мягкий человек. Даже добрый.
— И наверняка со своими тараканами в голове, — добавил за нее Арсений.
— Да, — легко согласилась Рита. — Знаете, что он мне однажды сказал? Я, говорит, без ваших сеансов жить не могу.
Поэтому сразу предупреждаю — наследства не ждите. Чтобы не было соблазна от меня избавиться. Сам смеется при этом, а глаза внимательные, серьезные.
— И что? Не обиделись?
— Внимания не обратила. Чудной он. Зачем мне его наследство? Пусть родственники об этом думают.
— Да уж… Родственники как пить дать думают. До свидания, Рита. Отдыхайте, а я вам скоро позвоню. Вот только напоследок хочу показать несколько фотографий. Они невысокого качества, но все же.
Он достал из кармана те самые снимки, которые сделал Белкин на презентации альбома певицы Ариадны, и разложил перед ней.
Однако ни на Папаскина, ни на жену Стручкова Рита не среагировала. Она никогда не видела этих людей.
На душе у Кудесникова было беспокойно. Он никак не мог понять, каким боком смерть Стручкова пристегнута к его расследованиям — к одному или к другому. А то, чего он не понимал, всегда напрягало. Опять же его приключения в Египте. До сих пор он так и не понял, что они означают.
