Мы распахнули ещё одну дверь – пусто. Да где же они?"
"Лестница, ведущая в подвал, тяжело заскрипела, и показались амбалы – сразу оба. Они что, как два сапога пара, неразлучны?
Мы кинулись к ним.
У них положение для драки было невыгодным – узкая лестница, да и мы стоим сверху. Этим преимуществом мы и воспользовались – стали бить их по головам половинками оглобли.
Ещё недавно против беззащитных жертв, да с численным преимуществом, они были куда как смелы. А сейчас только успевали принимать удары и вопили как резаные.
На их крики и другие служивые могли сбежаться.
После удачного удара по плечевому суставу рука «моего» амбала повисла, как плеть, но я продолжал охаживать его оглоблей по спине и по бокам.
Андрей свалил своего быстрее и сейчас прыгал на нём, стараясь ногами попасть по болезненным местам.
– Андрей! Ты его убьёшь! Перестань! Нам только убийства и не хватало. Поучили маленько – и будет.
Но Андрей вошёл в раж, и мне пришлось схватить его за руку и тащить к выходу.
Выбежав из приказа, мы забросили оглобли подальше – и побежали к ожидавшему нас с лошадьми Велимиру.
Велимир осведомился:
– Ну как?
– Амбалов побили, и другим немного досталось.
– Не до смерти хоть?
– Не, не взяли греха на душу.
– То и хорошо. Едем.
Велимир с Андреем поскакали к городским воротам, а я – к себе домой. По пути размышлял – хорошо, что до убийства дело не дошло. Если служивые и напишут челобитную, так она к Демьяну попадёт, а он ей хода не даст. Самому же государю они жаловаться не посмеют – уровень не тот.
Как показала жизнь, и в самом деле после нашей выходки никаких действий или репрессий не последовало, хотя амбалы нас и узнали.
Через несколько дней я посетил Велимира – надо же было снять швы его сыну. Завидев меня, Велимир обрадовался:
– Ну, как ты? Не искали тебя с Андреем?
– Нет, обошлось.
Когда я снял швы и уже откланивался, Велимир спросил об оплате.
– Что ты, боярин? Ты же нас с Андреем спас. Кабы ты не успел к наместнику приехать, эти упыри калеками бы уже нас сделали.
Долг платежом красен. Считай – в расчёте. Надо чего от меня будет – Андрей дорогу знает.
В трудах и заботах пролетел месяц.
И вновь в мои ворота стучит гонец от наместника. Однако на этот раз не торопит, улыбается.
– Ты чего рот растянул до ушей?
– Наместник обручение дочери намечает. Мыслю – вызывает, чтобы в гости пригласить. Только, чур – я не говорил.
– А я не слышал!
Я взнуздал коня, и мы не спеша поехали к дому наместника. Ехал я не с пустыми руками.
