Я уж в душе волноваться начал, но на третий день наступило заметное улучшение – прекратились рвота и понос, наследник сел в постели и дрожащей от слабости рукой поел сам – до этого мы его кормили.
Вскоре пришёл управляющий – видимо, Тонино успел доложить о наступившем улучшении. Управляющий выразил надежду на выздоровление и спросил – что ещё надо? Мы оговорили разные мелочи. В случае нужды мне разрешили ходить по дворцу в сопровождении Тонино, а у дверей наследника поставили круглосуточную охрану – двух гвардейцев.
Обычно во дворце стража стояла только у дверей дожа.
Прошло ещё два дня. Эмилио уже мог вставать с постели и с моей или Тонино помощью делал несколько шагов. Потом, обессиленный, падал на кровать. Но и это уже был успех – до лечения он и с кровати не поднимался. Конечно, при хроническом отравлении тяжёлыми металлами, такими как мышьяк, ртуть, висмут, свинец, всегда в большей или в меньшей степени поражаются почки. Но это будет ещё не скоро, может быть – через год, через два. Моя же задача – поднять его на ноги сейчас.
Эмилио уже смотреть не мог на рис и толчёный древесный уголь, но подчинялся, не капризничал, сам чувствуя эффект от лечения. Я расширил диету за счёт фруктов. Их Тонино тоже покупал на рынке, причём я строго-настрого наказал ему не покупать продукты дважды у одного и того же продавца.
А ночью, неожиданно для меня, попался-таки отравитель! Восстанавливая ночные события, я думаю – до него дошли слухи, что здоровье наследника улучшается, и он решил устранить меня.
А дело было так. Мы с Тонино шли вечером на кухню – подогреть воду. Поскольку путь был уже мне знаком, я шёл впереди, а Тонино – следом, метрах в пяти. Коридоры освещались факелами.
Приблизившись к повороту на кухню, я увидел на стене тень человека, который стоял неподвижно. «Чего бы ему здесь делать?» – мелькнуло в голове. Если это гвардеец, была бы другая форма тени – от шлема и алебарды."
"Я шагнул за поворот, упал на руки и ногой сделал подсечку. Незнакомец не ожидал таких действий, взмахнул стилетом – тонким трёхгранным кинжалом, истинным оружием уличных убийц – ведь в бою такое оружие не применялось.
К тому же его удобно было прятать до поры до времени в рукаве.
Лезвие прошло над головой, а незнакомец рухнул прямо на меня, но мгновенно собрался и занёс стилет для нового удара.
Лёжа под ним, я даже защититься не мог, но удара не последовало. Подскочивший Тонино перехватил руку со стилетом, выкрутил её, и стилет зазвенел по мрамору пола.
