Он таращил на нас полные ужаса глаза, пытаясь взять в толк, куда подевались его соплеменники? Страшная догадка исказила его лицо. Жан с воплем пополз к ногам Кондрата.
Купец брезгливо двинул ногой.
– Ты душу свою сгубил – алчбы чрева своего! – гремел голос купца. – Аз воздам за мерзость твою! Сгибнешь там, отколе взялся. Утопить его!
Кондрат вознёс руки на восток.
– Господи, прости грешную душу нечестивца!
Матросы схватили Жана, связали и, как он ни умолял о снисхождении, сбросили его за борт. Он камнем ушёл на дно – только пузыри пошли.
Все молчали, осмысливая свершившееся возмездие.
Мы взяли «француза» на буксир и подняли паруса. Илья повернул руль. За бортом зашумела вода, и ушкуй начал разворачиваться, увлекая за собой трофейный корабль.
Шли ближе к итальянскому берегу.
– Слышь, Юра. Куда идём? – беспокоился Кондрат. – Где здесь поблизости город портовый? Надо же «француза» продать, не черта ему за кормой болтаться – еле тащимся.
Я постарался припомнить карту Италии.
– По-моему, если на полуночь править, то в Геную попадём или в Специю.
Кондрат повернулся к кормчему.
– Слышал ли? Вот и правь туда. Нам лишь бы от французов подальше убраться да судно продать.
Пока всё обходилось, и к исходу второго дня мы входили в гавань Генуи. Французский флаг с захваченного судна мы благоразумно сняли заранее.
Пока плыли, Ксандр допытывался – чего такого я в вино успел добавить, что все французы отдали Богу душу? Я пояснил, но он задал контрвопрос:
– А почему тогда Жан живым остался?
– Откуда мне знать, может, он моё вино не пил, а взял из трюма.
– Хороший у тебя яд, сильный. По кружке всего-то и выпили, а вся команда уже на небесах.
Полежал Ксандр на рундуке, поразмышлял, потом приподнялся на локте.
– Юра, а у тебя ещё яд остался?
– Никак ты кого отравить собрался?
– Да есть одна задумка.
– Лучше выбрось из головы. Я хоть дозу представляю, а ты дашь мало – помучается человек, да и отойдёт. Зато поймёт – кто смерти его хотел, и мстить станет. К тому же это Италия, а не Русь.
Тут любой знахарь таким зельем приторговывает.
– И что – берут?
– Не было бы спроса – не торговали бы. Ты что, насчёт яда – всерьёз али как?
– Обмозговать надо ещё. Вот скажи мне – ты людей лечишь, дело богоугодное вершишь. А ноне полтора десятка человек на тот свет отправил – душа не мучается?
– Выбора не было, Ксандр. Если бы я так не поступил, мы бы уже на Корсике в тюрьме сидели, суда дожидаючись. Доказать бы ничего не смогли.
