«Журналист», как правило, один человек, безработный или просто не желающий ничего делать, он принимается лазить по Инстаграмам звезд, беззастенчиво берет оттуда снимки знаменитостей и пишет под ними гадкие комментарии вроде: «Какая жирная тетка певица Таня». И пошло-поехало, народ потихоньку начинает к нему заходить, завистников, которые охотно принимаются обсуждать исполнительницу, хватает. Давай звони Розановой!
Мне ответила секретарь, она пообещала связаться с корреспондентом через полчаса. Не успела я повесить трубку городского телефона, как у Костина затрезвонил мобильный.
– Секретарь госпожи Глебовой слушает, – ответил Вовка, – конечно, в курсе. Ольга Ивановна хотела побеседовать с вами сегодня. Мы давно мечтали поговорить о «Розовой Луне». Наш главный редактор, она же хозяйка издания, может приехать через полтора часа.
И вот теперь я слушаю про бассейн, библиотеку, массаж.
Выждав минутку, когда Ксения Трофимовна остановилась, чтобы перевести дух, я быстро спросила:
– Наверное, у вас есть ветераны?
Ксения кивнула.
– Олеся Федосеева уже пять лет работает.
– Для нашего издания ветеран это тот, кто трудится два десятилетия, а то и больше, – объяснила я."
"– Здесь больные дети, – завела Розанова, – процесс реабилитации не быстрый. Кое-кто в гипсе по полгода жил, надо руку, ногу разрабатывать. Это больно. Уколы еще, и массаж у нас не тот, что в СПА делают. В муниципальном заведении и пациенты, и родители тихие, у администрации с ними разговор короткий: «Не нравятся наши методы? Уходите немедленно, на вашу койку очередь из ста человек!» Капризного больного со скандальной мамашей враз за ворота выставят.
А мы платные, поэтому претензии клиентов зашкаливают. Мои слова о том, что надо немного потерпеть и результат непременно обрадует, не нравятся ни детям, ни взрослым. Вчера у нас прямо война разгорелась. Одной четырнадцатилетней красавице надо было клизму поставить. Это приятно?
– По мне, так нет, – призналась я.
– Но если врач велит сделать колоноскопию, вы нормально, наверное, подготовитесь? И литр флит-соды проглотите? – спросила Ксения.
– А куда деваться? – вздохнула я. – Иначе диагноз правильный не поставят.
Розанова вздохнула.
– Девица этого не поняла, орала, ругалась, разбила стеклянную кружку Эсмарха, ударила медсестру. Ее втроем успокоить не могли. Через пару часов прилетела ее мать, и началось побоище. «Я деньги плачу, а вы ребенка до истерики довели. Расскажу в соцсетях, какие здесь сволочи.
