Все наперекосяк! Все не так! Цифры запредельные. Лично я ни разу не видел человека с такими результатами. Странно, что он ходил, выглядел нормально. Сейчас все анализы еще раз переделывают, проверяют, может, в лаборатории ошиблись.
– У нас он жаловался на проблемы с терморегуляцией, – заметила я, – сообщил: его то в жар, то в холод бросало. И фонтан лжи тоже ненормальное явление. Афанасий был склонен к фантазиям?"
"– Никогда, – отрезал Сергей, – он из породы молчунов, не мелет языком без дела. Никак не могу привыкнуть говорить о сыне в прошедшем времени.
И не могу понять, почему у него такие показатели крови. У патологоанатома возникло два предположения. Первое. Фася наркоман, но не колол героин, не нюхал кокаин. Он участвовал в таблеточных вечеринках.
– Это что за зверь? – удивилась я.
Гость поморщился.
– Отвратительное развлечение. Оно охватило многие страны после одного голливудского фильма, герои которого – подростки – брали в домашних аптеках всякие лекарства без разбора, приносили их на тусовку, высыпали содержимое в большую вазу, перемешивали, потом брали полные горсти пилюль и глотали.
Поскольку члены их семей принимали разные средства, получался адский коктейль. Определить, от чего умирали школьники, было невозможно. Они съедали средства от повышенного давления, астмы, холестерина, онкологии, язвы желудка, антидепрессанты, пищевые добавки, снотворное, гормональные препараты, ветеринарные… Ни одна лаборатория не разберется. Но я сразу отмел это предположение, Афанасий не увлекался подобным, это не его путь.
Второе, что пришло в голову эксперту: парень подцепил какую-то экзотическую болезнь, она анализ крови превратила в бред. Поэтому я приехал к вам.
– Чем мы можем помочь? – не поняла я.
Сергей Леонидович положил на стол визитную карточку.
– Сходите к Семипалатину Венедикту Платоновичу, он единственный, кто, возможно, поймет, от чего скончался Афанасий.
Я взяла визитку.
– Специалист по редким болезням?
Кирпичников поджал губы.
– В некотором роде.
– Почему вы сами не хотите к нему поехать? Или вы не знакомы?
Сергей Леонидович втянул голову в плечи.
– Мы много лет считались пальцами на одной руке. Если мизинец оторвать, безымянный заболит. Но сейчас Веня со мной беседовать не пожелает. Упаси Господь назвать при нем мою фамилию. Дружба лопнула давно. Я его в свое время заставил слепить кандидатскую, объяснил: «Пациентам нравится, когда ими занимается врач со званием. И оклад повысится.
