Возможно, ему каждый раз кажется, что он только что погиб под банками с краской в своем мире и сам не подозревает, что заселяется в это тело уже третий раз.
— Получается, уже в четвертый, — поправил Сем Семыч.
— Да, извините, в четвертый.
— То есть ты настаиваешь на версии, что этого бедолагу перезапускают со стертой памятью?
— Да, — твердо ответил Сергей, — Некий бог избрал его для определенной миссии.
— А зачем память стирать? — резонно спросил Сем Семыч.
— Ну, допустим, он не справился с миссией, — предположил Сергей, — Пошел не той дорогой.
Тогда опекающий его бог позволил своего подопечного завалить и стер ему память, чтобы тот начал все заново.
— Как-то сложно все, — с сомнением протянул директор.
— Сем Семыч, сами посудите, — продолжил аргументировать Сергей, — Чтоб найти подходящего кандидата для выполнения миссии, боги тратят на поиски десятки, а иногда и сотни лет. Вот не верю я, что у этого бога все иначе. Что он с легкостью дает убить одного подопечного, чтобы заменить на другого.
— Ну хорошо, в твоих словах есть резон, — согласился Сем Семыч, — Что ты собираешься делать дальше?
— Надо вдумчиво копать биографию Рудика, — ответил Сергей, — Там должны быть подсказки.
Его бог опекун наверняка подталкивал его к каким-то жизненным выборам, от которых попаданец предпочел отмахнуться.
— А Максиму с Катей что прикажешь делать? — спросил у Сергея Сем Семыч.
— Пусть пока отдыхают, отсыпаются, а ночью продолжат церковное бдение. Если Рудик снова очнется, надо расспросить его о жизни до попаданчества.
— Что конкретно мы должны узнать? — спросил я.
— Его биографию. Чем увлекался, какие у него способности, причуды в конце концов. Раз бог его выбрал, значит богу он чем-то подошел.
— Ну так себе задачка, — хмыкнул я, — Мы должны поставить себя на место бога и определить, чем так уникален этот товарищ из гипермаркета, что сгодился для выполнения божественной миссии.
— Понимаю, что задача нетривиальная, — согласился Сергей, — Но вы же ребята сообразительные. У вас может получиться.
— Понятно. Мы можем идти?
— Идите, — отпустил нас Сем Семыч, — Отсыпайтесь.
До того, как выйти из здания Сансита, заглянули в свой офис, где застали Додю, самозабвенно лупцающего по клавиатуре.
— Куда пропали? — безо всякого «здрасьте» спросил Додя, он же Давид Амврелиевич незаконный сын царя.
— Долго рассказывать, — сухо ответила Катя, — Как обстановка?
— Вчера заходил Натужников, — подумав, ответил Додя.
— Чего хотел?
— Вас спрашивал. Не знаю, что хотел.
