— Шишок… Шишок…
— … аксим, — он отозвался, но его голос было едва слышно словно через толщу воды, — … ытаюсь…ока… лучается…
Шишок хоть и не смог ко мне пробиться, тем не менее помог включить видение. Первое, что я увидел, церковь является слабым артефактом… слабым, но многофункциональным. Во-первых, она создает защитный купол от таких магических существ как Шишок. Во-вторых, церковь является артефактом духа для верующих.
Гоголевский сюжет сразу обрел обоснованность. Не просто так ту ведьму держали в церкви и не просто так бедный Хома черпал силы в святом месте.
Я пересказал Кате результаты наблюдений."
"— Можно продать ворам отличный лайфхак, — Катя тут же перевела эти сведения в практическую плоскость, — Если боятся спать по ночам из-за призрака, пусть ночуют в церкви.
— Кать, боюсь этому лайфхаку тыщ-ща лет. Воры и сами не дураки. Не зря заперли нас с Рудиком именно здесь. Но ты права, продать можно. Любое новое — это хорошо забытое старое.
Главное правильно подать.
Вдруг я почувствовал чужое присутствие. Кто-то невидимый как Шишок попытался пробиться через защиту церкви. А затем Рудик сделал мучительный хриплый вздох и открыл глаза. Дико вращая глазами, он озирался, пытаясь понять, куда попал, но видимо не понял.
— Где я? — спросил он, едва ворочая языком.
— Рудик, вы в церкви, — ответила Катя и подошла к нему ближе.
Я думал, он удивится слову «церковь», но его удивило другое.
— Рудик? — переспросил он.
— А кто же вы? — удивилась Катя.
— А-а-а-а, понимаю-понимаю, — псевдорудик понятливо покивал и осмотрел себя.
Костюмчик ему явно понравился. Он приблизил руки к лицу, осмотрев пальцы с тыльной стороны.
— Что-то не так? — заботливо спросил я.
— Эм-м-м, — псевдорудик покосился на меня, что-то прикидывая в уме, — Перстень. Где мой перстень?
— У вас на каждом пальце по перстню, — ответил я, имея ввиду воровские наколки на пальцах.
— Родовой перстень, — пояснил Рудик, — Я, извините, ударился вчера головой.
Немножко потерял память. Я барон? Граф? Виконт?
— Вы, Рудик, несомненный авторитет, — успокаивающе пояснила Катя.
Рудик начал разглядывать Катю непристойным откровенным взглядом.
— Смазливая девчушка, — оценил он, — Но сисечки могли быть побольше. Ты кто, прелесть? Родственница, служанка, член моего родового клана?
У Кати округлились глаза, а я, кажется, начал понимать, что происходит.
