Но шансов всяко побольше, чем у доноров маны, которые годами вкладываются.
— Тогда я тоже согласен, — Виктор облизнулся невольно, видимо, уже представив себе, как раскачается до высшего вампира.
— Ну а вы, голубки, что скажете? — обратился Сергей к нам с Катей.
— Можно мы не сразу ответ дадим? — попросил я, — Взвесим спокойно. А завтра утром ответим.
— Можно. До утра потерпит, — великодушно разрешил Сергей, — Но имейте ввиду. Такие предложения поступают далеко не всем и не чаще одного раза.
— Мы поняли, — ответил я за нас обоих.
Сославшись на позднее время, мы с Катей ушли. А Виктор и Миша остались сидеть с ССБшниками.
— Макс, только не говори, что собираешься отказаться, — сказала Катя, когда мы сели в машину.
— Не собираюсь, — успокоил я ее, — Нам стоило принять предложение Сергея уже хотя бы потому, что другой реальной силы, стоящей за попаданцами, нет. И аборигены, и инквизиция обдирают нас как бесправных нелегалов. Только ССБ хоть как-то борется за наши права. За неполную неделю моей работы в Сансите нам уже дважды грозили депортацией.
И оба раза Сергей нам помогал.
— А чего тогда сразу не согласился? — Катя заметно расслабилась.
— Как говорит тетя Ева, каким бы выгодным ни казалось тебе предложение, бери время, чтобы его обдумать. Всегда всплывают нюансы, на которые ты не обратил внимание.
— Твоя тетя Ева мудрая женщина.
— Не без этого, — сказал я, глядя на ночную дорогу, — Фактически она меня воспитала."
"Катя почувствовала, что мне больно вспоминать про то, как я рос без родителей, и развивать тему не стала.
Когда подъехали к лофту и поднялись на свой четвертый этаж, увидели, что дверь Катиной комнаты по-прежнему открыта. Кому и что от нас еще нужно? Неужели инквизиция от нас не отстала? Но оказалось, в ее комнате с тряпкой возилась наша комендантша.
— Баба Зина, вы чего так поздно, да еще с тряпкой?
Увидев нас, баба Зига всплеснула руками.
— Псы вам тут натоптали, все перевернули. Я решила прибраться. Некрасиво это… вы за вещами?
— Нет, баб Зин, мы спать.
Подозрения с нас сняли.
Баба Зина на радостях полезла с нами обниматься. Момент вышел очень трогательный. Мы с Катей, похоже, оба не избалованы роднёй, оба видим в бабе Зине заботливую бабушку. Попытались оставить ее пить чай, но она отказалась.
— Поздно. Потом все расскажете. Не спеша, — сказала она перед уходом.
Я тоже не стал задерживаться в Катиной комнате. Время второй час ночи. Пожелав сновидений, отправился отсыпаться.
