Звук бьющихся о подножие утёса волн, долетал и до группы орков, замершей на вершине скалы, а кучерявая пена, образованная от столкновения, расходилась далеко в стороны и мгновенно истаивала.
В этот час на удивление было тепло, хоть и ветрено.
— Море Хоп, море Надежды, — заговорил басом самый высокий из мужчин.
— Как много в этом слове, не так ли? — сидевшая в кресле старая орка всей грудью вдыхала сей ни с чем не сравнимый запах свободы с горьким солёным послевкусием на кончике языка. — Люблю это место, оно прекрасно.
— А зачем так рано мы все сюда припёр… э-эм, пришли? — сонно, едва сдержав зевок, подал голос стройный, широкоплечий юноша лет пятнадцати.
— Мне так захотелось, — тихо рассмеялась женщина. — Неужто последнее желание умирающей бабки настолько сложно выполнить?
— Мама, — нахмурился Риг. — Не надо.
— Я уже много лет мама, бабушка, прабабушка, даже пра-пра-пра… И моё время пришло.
Асгейрр покосился на сестру и тихо сказал:
— Джерарда не стало год назад, я думал, ты его отпустила и готова жить дальше.
— А зачем? — Аруна смотрела прямо перед собой. — Устала… Всему есть свой срок, и мой вышел, — она чувствовала это. Но умирать старушке в шикарной опочивальне не хотелось, потому она попросила принести её сюда.
— Ба, ты так много ещё можешь сделать, — подал голос Свэн. — Мне всё же кажется, что ты опять шутишь. В тебе сил, как в молодом бизоке.
— Останутся записи, я до последнего что-то записывала. Все свои мысли, проекты, так или иначе, будут жить, вы продолжите моё дело.
Помните, дорогие мои: любите жизнь во всём её многообразии. Каждый день благодарите Высшие силы за дарованные возможности. Вы сильны вместе, не поодиночке. Семья — вот что главное… — словно не слыша внука, негромко сказала старая орка и замолчала, залюбовавшись моментом: над кромкой горизонта вставало солнце, две луны ещё сопротивлялись силе могущественного светила, но каждый раз проигрывали в неравной схватке. И сегодня они, как и много тысячелетий подряд, сдались.
Мягкие лучи заскользили по поверхности воды, окрашивая края волн в золотисто-оранжевые оттенки, лизнули утёс, на котором замерли орки, осветили их суровые лица, массивные фигуры, выделив их на фоне светлеющего неба чёткими силуэтами. Во взглядах нелюдей читалась готовность встретить новый день, наполненный приключениями и необыкновенными открытиями."
"Аруна прикрыла веки, давая теплу зарождающегося дня поцеловать морщинистые щёки.
