От Киерана я почувствовала холодный всплеск удивления, застигнувший меня врасплох. Он выронил оранжевый клубок, и тот покатился по коврику. Если Киеран знал, что мы с Кастилом стали свидетелями его… утех в тени, он не подал виду, когда мы возвращались обратно в дом его семьи под небом, усыпанным бесчисленными звездами.
Но даже если он знал, вряд ли причиной его удивления было это. Я понятия не имела что. Я сосредоточилась на женщине, сидящей рядом с ним.
Его мать была совершенной красавицей – точной копией Вонетты, начиная с кожи насыщенного темно-коричневого оттенка и широких скул и заканчивая полными губами, словно бы таившими смех.
Исходящие от нее эмоции тоже напомнили мне ее дочь. Вкус ванили был уютным, как теплое одеяло прохладной ночью.
Я поняла, что видела ее, когда только приехала сюда. Она была в толпе вольвенов и улыбалась, когда мы с Кастилом препирались.
– Киеран, – протянул Кастил. Когда мы входили в комнату, он сжал мою руку, а затем отпустил. – Вяжешь мне рубашку?
Выражение лица вольвена разгладилось.
– Именно этим и занимаюсь, – ответил он ровным тоном.
– Он в самом деле хорошо управляется со спицами, – сказала Кира, отставляя корзинку в сторону.
От Киерана потянулся приторно-сладкий вкус смущения, а его щеки порозовели. Прищурившись, он бросил взгляд на мать. Я вскинула брови: образ, запечатлевшийся в моей голове, теперь сменился другим – Киеран, вяжущий рубашку.
Этого мне никогда не забыть.
Кира начала подниматься, но Кастил поспешно сказал:
– Не нужно вставать.
– О, но я встану. И так засиделась и чувствую, что ноги занемели.
Клубки пряжи рассыпались с колен Киерана и покатились по ковру. Он взял мать под руку, помогая ей.
Кира пробормотала «спасибо» и выпрямилась. Округлившийся живот натянул легкую ткань ее лавандового платья без рукавов. Она прижала руку к бедру и выпрямила спину.
– Боги богов, пусть этот ребенок будет последним.
– Нужно, чтобы эта идея дошла до твоего мужа, – проворчал Киеран.
– Дойдет, когда твоему отцу опять придется постоянно менять пеленки.
Рожаю я, а ухаживает он, – заметила она, улыбнувшись, когда Киеран сморщил нос. – Вот какие дела.
– Мне придется это запомнить, – пробормотал Кастил.
У меня внутри все сжалось так, что я чуть не упала. Я посмотрела на Кастила округлившимися глазами. Я даже не думала о… детях после прогулки в пещеру, где решила, что он не хочет иметь со мной детей. Тогда меня это уязвило, что было глупо, ведь мы тогда еще не признали свои чувства.
