У меня в груди загудело, и открылась особая дорожка для связи с эмоциями вольвена, более отчетливая нить, которая несла не чувства, а нечто иное – свежее, как родник, легкое, как перышко, ощущение, не имеющее никакого отношения к облегчению. Это было почти как клеймо – отпечаток Делано, того, что он есть в самой своей сути, уникальное и присущее только ему.
Вольвен разорвал зрительный контакт и перепрыгнул через валун, обгоняя Киерана. Я испустила неровный вздох.
– Поппи?
Пальцы Кастила скользнули по моему подбородку, а потом по шее.
– Ты в порядке? – негромко спросил он.
Оторвав взгляд от Делано, я кивнула.
– Со мной все хорошо.
Его пальцы застыли, а потом он опустил руку и подобрал мои волосы.
– Что тебе снилось?
– Склеп, – призналась я, прочистив горло. – Я… кричала? Или говорила?
– Нет.
Я молча поблагодарила богов.
– Ты немного извивалась. Дергалась. – Он помолчал. – Хочешь об этом поговорить?
Я покачала головой.
После некоторого молчания он сказал:
– Они чувствовали тебя.
Чувствовали, что тебе снилось. И Киеран, и Делано. Они все время оглядывались.
Я опять перевела взгляд на вольвенов. На земле под их лапами уже не было столько мха.
– Делано завыл, – продолжил Кастил. – Тогда я тебя разбудил.
– Я… думаешь, это та первозданная штука? – спросила я, думая, правда ли слышала голос Делано. Какая-то бессмыслица, потому что он ответил на то, что я произнесла во сне.
– Первозданный нотам? Думаю, да.
Прислонившись к Кастилу, я посмотрела вверх. Деревья стали реже, и я разглядела участки неба, теперь окрашенные в глубокие оттенки малинового и синего.
– Мы уже перевалили через Скотос?
– Да, – подтвердил он.
Воздух был не таким холодным, как раньше, когда я засыпала.
Мы ехали дальше, небо темнело, а земля становилась более ровной и пологой. Когда мы миновали последние деревья, Кастил снял с меня одеяло. С обеих сторон к нам выскочили остальные вольвены. Я повернулась и заглянула за спину Кастила, но было слишком темно, чтобы рассмотреть деревья Эйос.
Даже думать не хотелось, что почувствовали жители Атлантии, увидев измененные деревья. Мое сердце забилось быстрее, и я посмотрела вперед, разглядывая неровный каменистый пейзаж. Я не узнала местность, хотя воздух с каждым шагом становился все теплее.
– Где мы? – спросила я, заметив впереди большого серебристого вольвена.
Джаспер с легкостью ориентировался между валунов, перескакивая с одного на другой. Остальные вольвены следовали за ним.
