По стенам были развешаны знаки зодиака и большие стеклянные шары неизвестного назначения. В глазницах человеческого черепа, который лежал на комоде, полыхал огонь. Окна были зашторены и в комнате было сумрачно, несмотря весну.
Старшая из женщин осмотрела стул, вынула из сумочки платок, отерла им сиденье стула, присела на краешек:
— Ашурбанипал, если не ошибаюсь, был каким-то царем? Вы, вероятно, его родственник?
— Все люди на Земле — родственники, — отвечал Ашурбанипал Данилович, — если вы не верите в меня, то для чего же вы пришли?
— Утопающий хватается за соломинку, — отвечала она.
— Сейчас газеты пестрят объявлениями об услугах различных кудесников, мы выбрали вас за ваш удивительный псевдоним.
— Псидоном? Да слышал я такое городское словечко, означает оно кличку, — отвечал Ашурбанипал Данилович. — Но вы это совершенно напрасно. Меня обидеть невозможно. Вы еще не успели что-то подумать, а я уже знаю, что вы подумаете. У меня это — не кличка. Мое имя меняется каждый месяц. Как буду я прозываться в следующем месяце, мне внушает некто свыше.
И я знаю, что вы сейчас думаете. Вы решили, что меняя имена, я скрываюсь от полиции, ее теперь кличут милицией, хотя хрен редьки не слаще. Нет я не скрываюсь. Я ставлю перед домом невидимую черту и не один человек, желающий мне зла, не переступит ее.
— Вот как? — сказала собеседница. А это ваше украшение на комоде, в его глазницы вставлены свечки? И ваша Элеонора, действительно, имеет справку от Курлова?
— Справка вон она — висит в рамочке на стенке.
А в черепе горят не свечи, это холодный огонь сторонний, не тутошний. Суньте в него палец и полюбопытствуйте.
— Стану я палец марать! — капризно сказала визитерша. — Так вы с Элеонорой можете видеть на расстоянии?
— Я знаю, зачем вы пришли. Элеонора уже получила сигнал и передала его мне.
— Вот как? Откуда же берется сигнал? И зачем же мы пришли?
— Сигнал поступил от вас к ней, а от нее — ко мне. Вы пришли узнать, где же теперь находятся арестованные ваши мужья, самые богатые в Томске люди.
Мы это можем узнать, но вы должны дать в аванс золотое кольцо, а после, как все проясним, — еще два золотых кольца. Бумажных денег не принимаем.
— Мы согласны дать вам три золотых кольца, но не раньше того, как услышим ваши сведения.
Ашурбанипал Данилович нахмурился и сказал:
— Элеонора! Напрягись!
Элеонора встала со стула, закрыла глаза, медленно переступая, поворачивалась слева направо. Потом вдруг замерла, словно во что-то вслушивалась.
