Во время пьяных оргий здесь нередко звучал романс:"
"Перебиты, поломаны крылья,
Дикой злобой мне душу свело,
Кокаином — серебряной пылью
Все дороги вокруг замело…
Какие уж тут могут быть дети! Поэтому были среди воров и такие, которые воровали не только лошадей, коров, коз и свиней, но и ребятишек. Эти спецы выглядывали зазевавшихся нянек и матерей, иногда крали младенца прямо из зыбки, проникнув в квартиру через окно или дверь. На заимке младенцы получали новые имена, и вырастали, не зная родства своего.
И становились классными ворами-специалистами.
Можно спросить, куда же смотрела прежняя полиция и куда смотрит нынешняя милиция? Да. Случалось, что полиция устраивала в слободке облавы. Но о каждой такой облаве воры узнавали заранее, имея своих платных осведомителей и в полиции, и в жандармерии. Все лишнее в момент пряталось в тайных укрытиях, подвалах, пещерах. У всех были на руках документы, по которым они числились мастерами — войлочниками, пимокатами.
В каждом дворе была глухая изба — вальня, где полицейским могли показать станок для сборки пимов, там стояли и бутыли с кислотой, необходимой для валяния шерсти. Была и шерсть.
— Войлочники мы! — и все тут.
Ну, а когда старых полицейских отправили на фронт и пришли в милицию люди неопытные, слабые телом и духом, кого было ворам и бандитам бояться? Не таких за нос водили!
На лавочках в слободке можно было видеть уже подросших пацанов.
Вот, один лет десяти сидит на лавке, положив ладонь на нее и растопырив пальцы. И со страшной быстротой вонзает финку, раз — рядом с ладонью, другой раз — меж пальцев. Прошел все промежутки меж пальцами в одну сторону, и направляет удары финки обратно, только треск стоит: тра-та-та та! Заметил Федькино изумление и говорит:
— Возьми финку — сделай! Сделаешь, червонец плачу. Не получится, ты мне червонец отдашь.
Федька в испуге замахал руками:
— Что ты, что ты! Я и так хромой, да еще мне пальцев лишиться!
— Ну и кати, фрей, мимо! А не то финачем на пузе расписку поставлю!
Федька поспешно отскочил от пацана.
Да тут и восьмилетка зарезать может, а уж десятилетний и подавно! Ох, и страхи! Не только взрослых бояться приходится, но и детей. Их жестокости еще в люльке обучают. Только начнут ходить, дают кошек, чтобы убивали, дают собак, чтобы резали, привыкали к крови.
